— Верно. Они и так оказали огромную честь Тигру и получили множество ресурсов за оказанную помощь.
На это я покачал головой и задумался. Если этот полосатый кошак теперь точно знает где находится Калиро, то существовало всего два выхода. Первый: бегство, которое обычно сопряжено с потерями, прежде всего репутационными и второй…
— Как к тебе обращаться?
— Пантера.
— Каждому в твоей армии я дам выбор и начну с тебя. Но ты, как командир и лидер, подашь остальным пример. Помни об этом, прежде чем отвечать.
Пантера немигающе смотрела своими большими янтарными глазами и молча ожидала продолжения.
— Хорошо, что поняла. Так вот, выбор прост и сложен одновременно. Либо ты станешь моей боевой рабыней с перспективой когда-нибудь стать свободной и с сохранением занимаемого ныне поста, либо я сейчас же вырву твоё сердце, — сказал я, и в этот миг вокруг меня задрожала золотом сила эгрегора.
Зрачки Пантеры расширились, буквально округлились, будто у человека. Спустя секунду она немного успокоилась и ответила:
— Я согласна.
Я хмыкнул её наивности и тут же, используя силу верующих, наложил рабскую печать.
В тот же миг оцепенение спало с неё, и она… конечно же попыталась напасть на меня.
В отличии от Степана и его сообщников по незаконному копательству, у разумных зверей мозг не был таким чувствительным, а потому она просто не заметила лёгких покалываний, при мыслях о том, чтобы причинить мне боль.
«М-да, нужно доработать печать, ну ничего, теперь у меня целая армия подопытных», — подумал я, глядя как из пасти Пантеры забурлила пена.
— Это… невозможно… — прохрипела она.
— Приходи в себя и начинай приводить сюда по одному твоему товарищу, — приказал я и окликнул Степана, дабы тот предупредил всех, что Пантера теперь наша.
Три долгих часа я беседовал с каждым, сначала описывая преимущества службы на меня, для каждого кстати они были своими, кому новые магемы, а кому усиление боевых навыков или физического тела.
Из особо интересных оказался Паук, что представлял из себя самого обычного чёрного птицееда размером с сенбернара. Он обладал ментальными способностями, и когда я пообещал его научить некоторым трюкам, то проникся ко мне фанатичной любовью и без сопротивления, даже неосознанного, дал поставить на себя рабскую печать.
Нет, доверять я им не мог, поскольку не понимал до конца как работают их мозги, и возможно, Калиро оказался удачным исключением.
— Почему? — спросила Пантера после того, как от меня ушёл с печатью последний Бык размером с обычного человека.
Я приказал ей присутствовать при каждой встрече и стараться ненавязчиво мне помогать, убеждая своих подчинённых.