— Один танковый выстрел по иллюзии! — крикнул он военным.
Грохнуло знатно! Конечно, я ожидал нечто подобное от такой громадины, помня возможности небольшой железной трубки под странным названием «базука», а потому подготовился.
Из ствола вылетел снаряд и устремился на мою прикрытую иллюзией территорию.
Увы, но с таким мощным, а главное безумно быстрым горящим метеором мне напрямую не совладать, но есть варианты. Как говорится, в чём слабость совершенного оружия? Верно, в его хозяине.
Просканировав боевую машину, я установил, что внутри находятся три человека и навёл небольшой морок на них.
К сожалению, морок сработает только при следующем выстреле. А этот… Стреляли наугад. Поэтому, к счастью, никто не пострадал, и никаких построек не порушил. К их счастью, конечно же. Потому что если бы попали, то я забыл бы всё, о чём меня просил дознаватель.
Ну а чиновник и военные увидели взрыв в пустоши. Ну а что? Не показывать же им реальность?
— Как? — не веря своим глазам, спросил чиновник. — Только что здесь были ворота и…
Он не договорил, как сзади послышался гул двигателя авто. Чиновник обернулся и как-то воодушевлённо воскликнул:
— Тайная канцелярия! Столичная!
Видимо, подумал, что это по мою душу.
Так-то да, по мою. Но не в том смысле, в каком подумал чиновник.
— Давно пора было уже, — проворчал я, глядя на выскочившего из своего транспорта знакомого дознавателя.
— Сергей Степанович Кислицин, дознаватель второго ранга Главного Управления Имперской Канцелярии, — представился он чиновнику и показал ему удостоверение, после чего потребовал ответа: — Что здесь происходит?
— Александр Сильвестрович Сергеев, земельный кадастр, — представился чиновник и протянул листок, сжимаемый до этого в руке.
Кислицин бумажку взял и пробежавшись глазами по тексту, сказал:
— С этого дня эта земля, вплоть до самой границы территории маны принадлежит Павлу Николаевичу Светлову. Вот его паспорт, документы подтверждающие право собственности, свидетельство о рождении, СНИЛС…
Он всё вытаскивал какие-то бумажки, а Сергеев, видимо вернувшись в родную бюрократическую среду, уже словно и забыл о только что случившемся. Чиновник из кадастра изучал каждую полученную бумагу так, словно там была спрятана разгадка на самый сокровенный для него лично вопрос.
— Кислицин, — подошёл я к занятым своими естественными делами чиновникам, и возмущённо спросил: — Кто этот ваш Павел Николаевич Светлов?
Тот несколько мгновений непонимающе смотрел на меня, затем что-то поняв, улыбнулся и протянул мне небольшую книжечку с названием на обложке: «Паспорт гражданина Российской Империи».