Размышляя на эту отвлечённую тему, я дошёл до кровати Ли Хуна, что оказалась в моём доме. Скорее всего распорядилась Екатерина, зная, что именно я смогу поставить моего бойца на ноги.
Мертвенно бледное лицо, с кровавыми прожилками артерий, перемотанная культя и полное энергетическое истощение. Хотя, стоп! А это у нас что?
Я несколько мгновений разглядывал небольшой жёлтый сгусток в центре источника Ли Хуна и с удивлением распахнул глаза. Этот псих, пытаясь сдержать врага использовал стойку тигра поглотителя.
— ВСТАНЬ И ИДИ , — произнёс я.
В отличии от Екатерины, здесь было куда меньше работы.
Вокруг тела Ли Хуна закружилась зелёная дымка, которая, исчезнув, оставила на кровати практически здорового воина. Только пока обессиленного.
— А-а-а-а! — выдохнул он, ошарашено оглядываясь.
— Вот скажи мне, — пристально глядя ученику в глаза, спросил я. — Кто тебя, дурака, заставлял собой жертвовать? А если бы ваши типы энергий оказались конфликтными, и тебя бы просто-напросто разорвало? Да и сейчас не факт, что ты выживешь!
— Но великий мастер, я хотел лишь доказать, что достоин вас! — нашёлся что возразить этот, я даже не знаю, как его называть.
— Чем? Слабоумием и отвагой в одном лице? — приложил его я.
— Но что мне было делать, — упрямо насупился он. — Отступить?
Я посмотрел в его глаза, в которых горела решимость, а затем заметил, как давит улыбку Екатерина.
— А ты чего смеёшься? — раздражённо спросил я её. — Всё равно же не понимаешь китайского!
— А тут всё и так очевидно, — улыбнулась она, пожав плечами. — Никто из нас, из твоих учеников, не отступил бы перед превосходящими вражескими силами, когда за спиной дом учителя.
— И кто меня окружает, — возвёл я глаза к потолку.
— Психи, — подсказала она и уже откровенно рассмеялась.
Ли Хун тоже улыбнулся, сначала несмело, а затем присоединился к соученице. Удивительно, этим людям даже языковой барьер не помеха.
— Ладно, — вздохнул я. — Кот будет давать тебе разную алхимию, ты её обязан всю употребить. Внутри тебя частица очень сильной твари и твоя первостепенная задача, сделать её своей.
— Спасибо, учитель, — тут же посерьёзнев, сказал Ли Хун и с трудом начал подниматься, чтобы поклониться — хоть он и восстановился, но истощение никуда не делось.
— Да лежи ты уже! — не позволил я ему встать. — Хорошо питайся, восстанавливайся. Поживёшь пока у меня. На этом всё. Ясно?
— Ясно, учитель. И спасибо! — золотой монетой просиял он.
— Я буду заходить время от времени, контролировать твоё состояние, — сказал я и переключившись на русский, обратился к Екатерине. — Позаботься о нём.