— А причём здесь он? — скривился Шпак и бросил трубку.
Павел, человек из прошлого, за какие-то несколько месяцев подмял под себя теневой мир города, устроил огромное строительство и чёрт знает ещё что он там успел наворотить. Люди Шпака часто просто-напросто теряли старика из виду, и находили лишь тогда, когда он показывался у дома артефактора. Нужно что-то делать, но что?
Внезапно раздался звонок его личного телефона с неизвестного номера. Шпак нахмурился. Но трубку взял:
— Слушаю, кто говорит?
— Разве это важно, когда дело касается некоего Павла?
— Это что, шутка? — Шпак и так находился не в лучшем расположении духа, а тут ещё непонятно кто и зачем ему позвонил.
— Увы, но нет. Я хочу предложить вам союз. Наша организация, хочет раз и навсегда закрыть вопрос с Павлом, и мы знаем, что вам он тоже как кость в горле, — бархатным голосом, доверительно сообщил ему голос.
Шпак оторвал телефон от уха и посмотрел на экран, словно не веря услышанному.
— Вы меня за идиота держите? — опасно спокойно произнёс Шпак. — Он, конечно, раздражающий старик, но не до такой степени. А вот о вашем откровенно преступном предложении, я обязательно сообщу куда следует.
— Неужели вам нравится терпеть унижение от несносного старика? — не обратили никакого внимания на его угрозы.
— Мне не нравится, — прорычал Шпак. — Но я слышу, как вы, как и тот мерзкий старик, тоже игнорируете мои слова! Я сообщу в тайную канцелярию о вас!
— Как хочешь. Но если передумаешь, приходи в гостиницу Волга и на ресепшне позови Сергея. Скажи: я по делу Павла, — из голоса ушёл бархат, тон говорившего стал ровным и безжизненным.
На этом собеседник сбросил вызов, оставив Шпака наедине со своим гневом.
«Гостиница Волга… Постойте-ка, это же там Павел разворошил гнездо вампиров…»
Телефон с треском разлетелся об стену. Леопольд Акакиевич Оболенский, яростно сверкая налитыми кровью глазами, зашипел:
— Проклятые трусливые чинуши.
— Что случилось? — рядом из чёрного дыма материализовалась Аксинья Святославовна и положила бледные как мел руки на плечи своего мужа.
— Шпак испугался и отказался сотрудничать. Грозил канцелярией, — сплюнул Леопольд Акакиевич.
— Так может его по старой схеме? Те, кто трясутся за свою шкуру, куда более сговорчивые, когда ощутят у своего горла наши клыки, — промурлыкала Аксинья Святославовна.
Семейная чета Оболенских, правила вампирами в этих землях уже не первый век, но никогда ещё не встречала такого тотального геноцида. Их гнёзда находили так, словно среди них были шпионы, которые каждую секунду докладывали напрямую в тайную канцелярию, что было невозможно априори. А всё началось с их любимчика Сергея Стрижова, бывшего холопа, который смог не просто стать одним из них, но и самостоятельно возвыситься, создав гнездо.