— Счастлив ваш отец, имея такого сына, — удивлённо покачал головой швейцарец. — Но что же я могу писать, а что нет?
— Пишите про Юджина Дебса. Потом, в своих записках, вы расстанетесь с ним в Асунсьоне и больше никогда не увидите. Если судьба сведёт нас ещё раз, то сначала постарайтесь узнать, под каким именем я вам встречусь. Возможно, я снова буду Юджином. Для вас такое условие приемлемо?
— Да. Вполне, — кивнул доктор. — Думаю, что наша встреча неизбежна. Мир образованных людей на самом деле так мал, а вас непременно жизнь приведёт в Европу. И я буду счастлив вам оказать там любую помощь.
— Очень хорошо, доктор. Но давайте сначала определимся, куда нам плыть. На нашего пленника надежды мало. А у вас, наверняка, есть компас.
— Само собой! — воскликнул Чуди и пошёл рыться в багаже.
Солано же встал и подошёл к беговой дорожке. Там, обливаясь потом, вышагивал индеец. Его запястья были привязаны к ограде. Он не мог не идти по движущейся дорожке. И свою массу он добавлял к массе мулов, а следовательно, передавал усилие на гребные колёса.
— Жить хочешь? — спросил его по-португальски Солано.
Индеец молча посмотрел на него исподлобья.
«М-да. Пациент ушёл в себя, — подумал Солано. — Надо его как-то встряхнуть».
Через некоторое время он снова подошёл к индейцу.
— Смотри сюда, вéрми, — произнёс Солано и исполнил фокус с подменой большого пальца морковкой и протыканием его через платок острыми предметами.
Глядя, как гвозди пронзают плоть бледнолицего хозяина, индеец задёргался в своих путах. Отшатнувшись, он навалился спиной на мула, потерял остойчивость и упал на движущуюся ленту дорожки. Солано, не меняясь в лице, выдернул колюще-режущие предметы, сдёрнул платок и продемонстрировал свой палец, совершенно неуязвимый к стали.
Он рывком поднял индейца на ноги. Тот, чтобы не потерять равновесия, снова продолжил идти, глядя на Солано расширенными глазами.
— Мне не нужна твоя смерть. Мне надо переплыть болото. Если ты поможешь мне в этом, останешься живым. Будешь вести себя как животное — убью как животное. Выбор за тобой.
— Я показать! — закивал он, как попугай. — Я знать болото. Я знать река надо вам. Не надо меня мбота пира.
Последние два слова Солано не понял, но и по контексту было ясно, что испуганный индеец просит не делать с ним ничего противоестественного.
— Так куда нам плыть, вéрми?
Индеец огляделся по сторонам, посмотрел на тень от хижины и извиняющимся тоном произнёс:
— Я сейчас не могу сказать. Я позже сказать. Но надо на юг плыть. Я вас на север завёл.
— Понятно, — нахмурился Солано и отошёл к доктору.