Упырь к этому моменту как раз подполз совсем близко к центуриону, и он — явно не рассчитав время на объяснение, отошел чуть подальше. Марина, кстати, на измененного старалась не смотреть. Ее заметно било мелкой дрожью — похоже, она просто боится туманных тварей; или это застарелый страх того, что с ней случилось после того, как она попала в монолит. Поняв это, я слегка расслабился — неверно оценил недавний ужас на лице Марины. Сейчас все в рабочем порядке происходит, а если и будет что-то плохое, то не сейчас, позже.
— Сейчас упырь слаб, — продолжал объяснять Гельмут. — Чем дальше от мглы и чем дольше вне ее, тем туманные твари слабее. Здесь его можно даже не убивать, вскоре он умрет сам. Но его нужно упокоить хотя бы из уважения к телу, кроме того сейчас я вам покажу единственный способ убить — навсегда убить, любую туманную тварь, когда она в тумане.
С этими словами Гельмут достал из-за спины и активировал энергетическое оружие — стандартное, уже виденная мной ледяная глефа. Резкий взмах и ледяной клинок, оставив за собой шлейф голубоватого сияния, вошел в тело упыря. Он мгновенно замер, прямо на глазах покрываясь изморозью и стремительно индевея. Гельмут не отводил копье и не отключал энергию, так что за секунду упырь превратилась в ледяную статую, а еще через пару мгновений взорвался мелкой ледяной крошкой.
Я уже видел подобное, даже сам так делал, смотрел уже почти как на обыденность. Отметив лишь, что свечение клинка отличается — если во мгле активное оружие сияло ярким неоновым светом, то здесь, при обычном освещении, так сильно не выделялось. Остальных же зрелище впечатлило, послышались удивленные возгласы и перешептывания.
Деактивировав глефу, убрав вернувшийся к прежнему размеру короткий посох за спину, Гельмут повернулся к нам. Лицо непроницаемо, на нас прямо он не смотрел — похоже, вольно или невольно, после личного позора от ухода квирита пытался копировать его манеру поведения. Заполняя долгую паузу, снова зазвучал голос Марины, продолжившей вступительную вводную лекцию.
— Только таким образом существо из тумана можно уничтожить, не допустив…
— Чем мы с вами и будет заниматься, — прервал девушку Гельмут.
Забавно — действительно пытается заглушить обиду после жеста Антохи, сам включив командира и столь демонстративно оттоптавшись на Марине. Мелко как-то, очень мелко — я даже испанский стыд за центуриона почувствовал. Марина, кстати, в этот момент едва заметно улыбнулась уголком губ. Похоже, мысли у нас сходятся.
За то время, пока мы слушали девушку, легионеры-немцы закончили возводить палатку для брифингов, куда нас Гельмут и повел. Шатер оказался в форме гексагона, на полу в центре тоже правильный шестиугольник. Неспроста — это невероятно детализированный макет Княжева со всеми основными улицами и даже практически всеми зданиями. Вон мой жилой комплекс, вон торговый центр, вон больница, надо же, даже елки видны.