— Наверное, пришла пора продемонстрировать, — было заметно, как она волнуется.
Голос ее подрагивал — да, она довольно профессионально умеет держать лицо и вести речь, но похоже даже ее профессионализм пасует перед страхом того, что она готовится сейчас увидеть.
Я, видя состояние девушки, уже напрягся — готовясь, если что, действовать. Не знаю, правда, что надо будет делать — но стоять столбом, как было в первые два раза когда я умирал, больше не собирался.
По команде Гельмута одинаковые из ларца — опцион и тессерарий, прошли к грузовику с закрытым кунгом. Открыв двери фургона, тут же спешно разошлись по сторонам. Вовремя — из кузова вывалился кадавр, уже измененный трансформацией до состояния упыря.
Приземлился упырь на четыре конечности, шипя как инфернальный демон. По рядам стоящих рядом со мной послышался слитный вздох удивления, некоторые отшатнулись, кто-то выругался, кто-то перекрестился. Да, все присутствующие здесь были в тумане, но вот туманных тварей видели не все, тем более таких — измененных.
В прошлом шипящее оскалившееся существо было мужчиной средних лет; на нем сохранилась обычная одежда и накинутый поверх малиновый фартук с эмблемой сетевого магазина. Похоже, работал в ночь во время обновления монолита, и вот так вот не повезло. Только это напоминало о его прошлой судьбе, больше человеческого не сохранилось ничего: страшные белесые глаза, закрытые мглистой пленкой и частично искаженное трансформацией лицо, порванная одежда от появившихся на руках и ногах шипастых костяных наростов.
Упырь пытался встать, но ноги не слушались, и он — не переставая шипеть так, что кровь стыла в жилах, пополз к центуриону. Гельмут, не обращая внимания на приближающегося упыря, повернулся к нам.
— Это, в прошлом, житель города Княжев. Может быть кто-то из вас раньше его знал, но уверяю — это больше не человек, в нем нет души. Он стал кадавром, а после трансформации мглой превратился в существо, именующееся упырем. Он сейчас слаб, потому что находится вне границ туманного монолита…
Измененный между тем продолжал ползти вперед, явно намереваясь напасть на центуриона. Тот, по-прежнему не обращая внимания, продолжал.
— В тварях тумана не остается ни капли человеческого, их наполняет только агрессия в адрес любых живых организмов. Когда такое существо находится во мгле, его невозможно убить обычным путем. Можно прострелить туманной твари голову, выстрелить в сердце… Это обездвижит его, или заставит рассеяться, став частью мглы. Но вскоре, в течении разного времени — иногда часа, иногда месяца, туманные твари вновь возрождаются во мгле. Каждая из них — это не просто созданное мглой существо, это суть сама мгла, ее частица.