— Ты можешь на меня положиться, — шепнул, не в силах говорить громко.
Глаза защипало, и я сжал челюсти до ноющей боли. Нельзя показывать слабость рядом с сильной женщиной. Чтобы Флоренс была спокойна за семью, я должен на порядок превосходить самого себя. И я смогу! Ради неё и наших детей.
— Надо разрушить беседку, — твёрдо заявила она и кивнула сыну. — Помоги мне.
— Я… — Сделав шаг, я поморщился от боли в босых стопах.
— Останешься с девочками, — холодно осадила меня Флоренс и посмотрела на Джессику. — Присмотри за сестрёнкой и папой, моя милая.
Губы девочки задрожали, из глаз потекли слёзы, но она лишь коротко кивнула и вынула малышку из ходунков.
А Флоренс ушла.
Всё во мне стремилось следом, но я стоял, будто пригвождённый к месту. Помочь я не в силах, а вот помешать — запросто! К тому же надо готовиться к битве с магнусом. Джессика говорила, что нападение мага всегда сопровождается этими тварями. И чем дольше враг не прорывался в Шаад, тем больше с ним приходило монстров. Потребуются все наши силы…
И волшебный реквизит.
— Табуретки! — вспомнил я.
— Вот именно. — Джессика, толкнув, усадила меня на кровать и всучила Агнесс. — Но их тут нет, так что сиди на чём есть. Ох, что вы тут натворили!
Деловито оглядев усеянный осколками и мокрой бумагой пол, девочка щёлкнула пальцами, выпуская зелёные искры магии, и по комнате промчался мутный вихрь болотного цвета. Я едва успел поднять ноги. Пол мгновенно стал чистым, зато весь мусор врезался в стену, обезображивая кирпичи и картину Агнесс.
— Не! — возмутилась малышка.
— Другую нарисуешь, — буркнула смущённая Джессика и тут же сменила тему. — Лучше помоги мне лечить папу!
— Па!
Радость неугомонной егозы немного пугала, лечиться совершенно не хотелось. Но кто меня спрашивал? Пока Джессика аккуратно вынимала из моей спины мелкие осколки, Агнесс внимательно изучала мои ноги.
— Не! — вынесла она вердикт и ткнула на них пальчиком.
Всё бы ничего, но с крохотного ноготка сорвалась одна маленькая искорка и, описав дугу, врезалась рядом с моей ногой в пол. Тот тут же засветился и покрылся инеем.
Мы с Джессикой испуганно переглянулись, но произнести ничего не успели — в спальню Флоренс влетел Пёсель Лаврентьевич. Вытаращив глаза, он смотрела на меня.
— Всё, Сокол, допрыгался! Флоренс с Джонатаном твою беседку ломают. Что ты сделал нашей хозяйке? Признавайся, пока не поздно. А лучше попроси проще… Е-е-е!
Скользя лапами по заснеженному полу, собака поехала по нему, как по льду, набирая скорость. В финале, прежде чем врезаться в стену, животное выдало звонкую высокую октаву, и я заметил, как за окном, рухнув с крыши, пролетел магнус.