Нужно будет хорошенько подумать, как осваиваться в этом теле и в этом мире. По тем же книжкам о попаданцах, и просмотренным научно-популярным фильмам, я понимаю, что меня могло забросить даже не в прошлое моей родной реальности, а в какую-нибудь параллельную вселенную. Там на первый взгляд всё выглядит точно так же, как и в моём прошлом, а на самом деле, события пошли совсем по другой ветви вероятностей, и я настоящий, тут мог вообще не родиться, или родиться и стать ем то другим, знаменитым писателем, например.
В общем, есть над чем поразмыслить. Надо постараться незаметно вжиться в образ и не выдать себя ничем на первых порах. Не могу полностью полагаться на память здешнего Юрки, но у меня есть козырь — это вчерашний удар молнии. Если что, буду валить любые нестыковки своего поведения именно на него. Из щели под дверью потянуло отчётливо ощутимым запахом оладий на нерафинированном подсолнечном масле. В животе требовательно заурчало. Есть очень охота.
Надо идти сдаваться новой матери. Успокоить, сказать, что все вспомнил, только некоторые моменты как в тумане. Что не будет далеко от правды. Ведь о своей жизни, точнее о жизни того, кто жил в этом теле до меня, я знаю только в общих чертах. Небольшие островки ясности в безбрежном океане неопределённости. Я подошёл к стулу, стоявшему рядом с письменным столом, и покопавшись в лежавшей на нём ворохом одежде, надел старые синие треники с вытянутыми коленями, выцветшую и растянутую зелёную майку, которая болталась на мне как на вешалке и побрёл умываться и чистить зубы. Только надо бы понять, где здесь ванная и туалет.
С матерью Юрки всё прошло как нужно. Я прошлый, буду прилично постарше её нынешней, и как разговаривать с женщинами знаю. Пришлось притвориться немного потерянным, но начинающим всё вспоминать любящим сыном. По началу, я шёл по тонкому льду, замечая во время разговора неуверенность в глазах матери, но удачно сослался на последствия удара молнией, сказав, что чувствую себя ещё не очень хорошо. Кстати, оладьи с яблоком и сметаной оказались весьма на уровне, такие же, как делала моя настоящая бабушка по материнской линии. Если здесь кормят каждый день, просто не понимаю, как мой реципиент мог быть таким дрыщем. Мож генетика у него такая…
Итогом нашего разговора стал совместный поход в поликлинику, где меня в ускоренном порядке от регистратуры и до обеда прогнали по кабинетам и, не найдя ничего предосудительного, выдали справку на два дня, с тем чтобы уже в понедельник, я бодрым шагом отправлялся на учёбу в родную альма-матер. Успокоенная мать, ну а как же, мне теперь её называть, прямо из поликлиники поехала на работу в проектный институт, где она трудилась обысной чертёжницей за сто двадцать рублей. Я, взяв у неё ключи, побрёл к дому, который теперь уже стал моим.