После ночного разговора с Демидом я так и не сомкнула глаз. Была готова куда-то бежать, что-то делать. Вот только куда и что не понятно. Все сделано, карты раскрыты, отступать некуда. Теперь ход за ним, и он запросто может поставить шах и мат.
Так жутко, что я блюю, согнувшись в три погибели над унитазом. Давлюсь горечью и своим отчаянием, мысленно молясь, чтобы все наладилось. Должно ведь наладится? Не может же всегда быть черная полоса. Или может?
Я обреченно жду звонка. В том, что он будет — не сомневаюсь. Барханов просто приходит в себя после моих слов. Наверное, охренел бедолага. Живешь себе, живешь, а потом хоп и папаша.
Я бы, наверное, посмеялась, только сегодня, увы, не до смеха. Потому что сейчас Демид переварит новую информацию, прогонит его через свою хладнокровную вычислительную машину и попрет напролом, как он это всегда делает.
Чтобы хоть как-то подсластить свою судьбу, пью чай с конфетами, которые больше похожи на булыжники. Мне совсем не вкусно и хочется пореветь, но не позволяю себе даже всхлипнуть. Не время раскисать. Наоборот, пытаюсь настроить себя на серьезный разговор, как могу подбадриваю, но, когда захожу в комнату и вижу, как светится экран мобильника — сердце проваливается до самых пяток.
Барханов.
Мне конец.
Телефон стоит на бесшумном, моргает изо всех сил, а я никак не могу заставить сделать себя последние несколько шагов, взять его в руки и ответить. Маленькая девочка внутри меня истерично вопит и предлагает сделать вид, что ничего не заметили, спрятаться под одеяло и сказать «чик-чик, я в домике». Только вряд ли большого серого волка это остановит.
Поэтому соскабливаю в жалкую кучку всю свою смелость и все-таки жму зеленую кнопку.
— Да, Демид.
У меня даже ерничать не получается, сплошная тоска и отчаяние.
— Я внизу. Выходи.
— Хорошо.
Вот и все. Мой палач приехал, и прятаться не имеет смысла, потому что везде достанет.
Кое-как собираюсь, закалываю на голове несуразный хвост и выхожу их квартиры. Мой путь вниз по лестнице — как финальное путешествие. Каждая ступень — огненный рубеж, каждый шаг — через силу.
Перед подъездной дверью останавливаюсь, прижимаюсь к ней лбом и не дышу. Мне бы еще пару минут чтобы подготовиться, настроиться… Хотя кого я пытаюсь обмануть, хоть вечность была бы в запасе, я все равно не смогла бы подготовиться к этому разговору.
Ладно, Лерка, поехали. Главное не помри от разрыва сердца.
Я выхожу из подъезда и чуть не спотыкаюсь на ровном месте, когда ловлю на себе его взгляд. Холодный, убийственно спокойный. Барханов не отрываясь наблюдает за моим приближением, я же чувствую себя так, словно иду на бойню.