На палубе уже суетились медики, окружившие гравиносилки так плотно, что за их спинами невозможно было что-то разобрать. Отдельно стоял Тищенко, покачивающийся с носка на пятку и сцепивший руки за спиной. Таким мрачным Никита не видел его никогда.
Джон Рафферти, стоящий перед главным бортовым врачом, что-то быстро говорил. И с каждым произнесенным словом, с каждым полным отчаяния жестом на лице Станислава Сергеевича все яснее проступало выражение угрюмой безнадежности. Подошедший поближе Корсаков услышал только окончание фразы.
— … молодец, лейтенант. Думаю, мы еще попрыгаем, но… в любом случае, эта ваша затея с процессором великолепна. Кто писал программу?
— Я. Я ведь опасался чего-то в таком роде. Вся эта история с расширенной сцепкой… командир никогда себя не щадила, вот и доигралась.
— Погодите каркать, Джон. Ваше превосходительство!
Бельтайнский медик быстро обернулся и встал навытяжку. Корсаков махнул рукой — вольно, мол, — и требовательно уставился на Тищенко.
— Петр Иванович объяснил мне в общих чертах, что произошло. Теперь я хотел бы услышать вашу точку зрения, как медика.
Тищенко помедлил, подбирая формулировки.
— Что произошло… если я правильно понял своего бельтайнского КОЛЛЕГУ , — в этом месте Джон выпрямился еще больше; на лице проступило выражение хмурой гордости, — мозг Марии Александровны принял нагрузку, которую ее имплант счел чрезмерной. Счел — и замкнул все потоки информации, как входящей, так и исходящей. В настоящее время контроль собственно мозга над телом минимален и уменьшается с каждой минутой. По словам господина Рафферти, в описанных случаях «сгорания» пилота функции дыхания и сердцебиения угасали крайне быстро, причем это угасание сопровождалось разного рода малоприятными эффектами. По счастью, экипаж кавторанга Сазоновой весьма компетентен и, более того, обладает развитой интуицией.
Врач подчеркнуто уважительно поклонился Джону. Тот столь же церемонно ответил.
— Загодя был подготовлен медицинский процессор, имитирующий сигналы, поступающие от здорового мозга. Не все, конечно, вы понимаете — портативный вариант… но этого хватило, чтобы Мария Александровна осталась жива до того момента, когда мы получили возможность оказать ей помощь. Однако я вынужден признать, что моей квалификации, увы, совершенно недостаточно, чтобы здесь и сейчас вернуть ее к нормальному существованию. Тут необходима полноценная неврологическая клиника и специалист калибра профессора Эренбурга.
— Я понял… — медленно проговорил Корсаков. — Транспорты на подходе, раненых будут переправлять на Орлан, а уже оттуда, я полагаю, капитан Сазонова вылетит на Кремль.