— Очень мудро с вашей стороны, — одобрительно кивнул охранник. — У нас здесь всякие шуруют. Даже пятый уровень спокойным трудно назвать. Мало того что своего ворья на Мазянке без счёту, так в последние два года совсем худо стало от наплыва голытьбы киевской.
— На Мазянке? — переспросил я, чуть вздёрнув бровь.
После памятной встречи с киевскими наёмниками и чародеем любое упоминание о соседнем Полисе заставляло меня слегка напрячься.
— Так местные у нас нижний уровень называют, — объяснил мужчина, продолжив заполнять табель простоя.
— И чего киевским у себя не сидится?
— Да плохо всё у них там, ваша милость, вот людишки полисные к нам и бегут. Кто за лучшей долей, а кто на чужом добре руки погреть. Не чародеи ж, поди, вот их и не трогают на вокзальной таможне, а как по мне, так пущать не надо! Ничего хорошего мы от инополисцев не видели и не увидим… — произнёс охранник и добавил: — С вас двадцать четыре копейки за два часа простоя. Если третий будет, доплатите по факту.
— Всё плохо, говоришь, — хмыкнул я, передавая деньги и забирая два тут же прокомпостированных зелёных билетика со значением в один час.
— Так неужто не слышали? — удивился мой собеседник, вешая на руль пароцикла картонную бирку на липучке. — Поговаривают, у них третий год в южных хуторах то зимой мор, то лютая засуха. Гетман их всё объединиться да перетерпеть кликал, грабить наши западные посады посылал, а также Минские и к Варшаве. Да вот не далее, как в конце лета, его с семьёй фанатики какие-то жизни лишили. С тех пор нового выбрать никак не могут. Смута у них нынче, чародеи прямо в Киеве друг с дружкой воюют. Вот народ и бежит кто куда. Да кому они только нужны…
— Понятно… Спасибо за информацию, — попрощавшись с охранником, я направился к общественному выходу из гаража.
Не то чтобы я услышал что-нибудь, что меня особо заинтересовало, просто привычно поделил услышанное на пять и принял к сведению, что у соседей какие-то там проблемы. Всё-таки людям свойственно приукрашивать слухи, а уж если у любимого соседа корова сдохла… И уж тем более, была бы достоверная и проверенная информация о судьбе Гетмана, нам бы обязательно в Академии сообщили. Вон, рухнула Варшава, и на ближайшей же лекции аудитория узнала, что их Король жив здоров и очень зол.
Так что не факт, что всё именно так радужно, как кто-то там рассказывает в привокзальных кабаках. Почему радужно? Да потому что реальная смута в Киеве — автоматически существенное ослабление давления на Москву по этому направлению. В первую очередь военное. Что не может не радовать в свете постоянного вялотекущего конфликта на огромной территории общей Зелёной Зоны, буквально утыканной как хуторами и посадами, так и пограничными крепостицами. В общем-то, Полисы никогда мирно не сосуществуют с соседями. Однако напряжение между нашими городами существовало издревле.