— Именно так, — устало кивнула Елизавета Всеволодовна.
— И времени у меня, — продолжил я, — где-то до середины сезона Уробороса.
Ещё один кивок подтвердил сказанное.
— И где их, простите, искать? — хмыкнул я.
— Признаться честно, даже не знаю, — слегка растерянно произнесла женщина, так, словно ей подобная мысль даже не приходила в голову. — Возможно… один Игнис, скорее всего, был захвачен тридцать лет назад у прошлого главы клана. Даже не знаю, у кого бы он мог быть сейчас… Но точно не у Золотниковых. Так что тебе, наверное, лучше всего отправиться в Бажовский посад. Я абсолютно уверена, что там ты найдёшь хотя бы один.
— А… — я удивлённо посмотрел на собеседницу. — А он вообще сохранился?
— Естественно, — фыркнула в ответ на мой вопрос Елизавета Всеволодовна. — Когда наш клан покидал свой старый дом, усадьбы и крепостицу поместили в сильные охранные чары. Во всяком случае, мне так рассказывали.
— И вы, конечно же, знаете, где он находится? — с вновь проснувшимся подозрением спросил я.
— Естест… — начала было женщина, но замолчала, а взгляд её словно замер. — Мне же точно говорили… Антон, я, кажется, забыла! Я… я постараюсь вспомнить!
— Хорошо, — я кивнул. — А я тогда поговорю с Ольгой Васильевной. Она всё же Кня’жина, и у неё есть доступ ко многим документам, недоступным простым смертным. Может быть она по своим…
— Нет-нет-нет! Антон! Ты что? Нельзя! — буквально закричала Елизавета Всеволодовна, вцепившись в мою руку. — Об «Игнисе» нельзя говорить посторонним! Это же главный секрет нашего клана! Хозяйка Подгорных Чертогов может убить за одну только мысль о подобном! Даже не думай…
— Хорошо, хорошо, — согласился я, высвобождая руку. — Раз нельзя говорить с посторонними, значит, не буду. Но про сам-то посад спросить можно? Вдруг сохранилось местоположение.
— Лучше я сама вспомню, — серьёзно сказала женщина, пристально глядя на меня. — Это очень важно Антон! От этого зависит твоя жизнь!
— Понятно, — кивнул я. — Ладно, мне на занятия нужно. Так что я пойду, но про наш клан вы позже мне обязательно расскажете.
— Непременно, — кивнула она.
«Уроборос знает, что! — мрачно подумал я, выходя из кухни и поднимаясь по лестнице в свою комнату. — И вот что теперь думать? Какая-то „Хозяйка“ плюс новость о том, что жить мне осталось всего несколько месяцев… Опять же тот самый „Игнис“, о котором никому нельзя говорить! Очень трудно в наше время поверить в нечто подобное!»
Впрочем, если чужим нельзя, то своим точно можно. Поверить просто так в подобную галиматью мне было бы трудновато. Уж как-то больно вовремя всплыла подобная история. Правда, если Лиза и врала, то делала она это более-менее убедительно. Хотя бы по той причине, что можно было бы придумать что-нибудь поубедительнее.