– Более того, раз невеста согласна, наша свадьба состоится сегодня же, – совершенно серьезно произнес Каллеман, и я испуганно вздрогнула.
Единый, что происходит? Какая свадьба? А как же помолвка?
– Что? – переспросил Овенбау.
Он выглядел жалким, даже несмотря на свою внушительную комплекцию и более чем мужественную внешность.
– Ну все, пора заканчивать этот фарс, – нахмурилась герцогиня. – Эви, подойди ко мне, дорогая, – она пристукнула тростью и протянула руку, нисколько не сомневаясь в моей покорности.
– Эвелин.
А это уже Каллеман. Стоит, смотрит на меня своими страшными глазами и ждет, что я решу.
Вот уж попала, так попала! Я-то думала, что имперец просто подыграет, и его имя послужит мне хорошей защитой от тетушкиных планов, но маг решил иначе. Он обернул против меня мое же «оружие» и бессовестно воспользовался сказанными мною словами о согласии. И что теперь делать?
Ум лихорадочно метался в поисках выхода. Понять бы еще, какое зло предпочтительнее – старое и знакомое, или новое и неизвестное?
– Это рес знает что такое! – возмутился Овенбау.
Он подошел ближе, оказавшись за спиной у герцогини. И я невольно подумала, что из них двоих леди Шарлотта выглядит больше мужчиной, чем герцог.
– Вам что-то не нравится, лорд Овенбау?
В голосе Каллемана проскользнули ироничные нотки.
– Я сам собирался сделать предложение леди Эвелин сегодня вечером.
Герцог шагнул в мою сторону, и это заставило меня решиться.
– Прошу прощения, лорд Овенбау, – ухватившись за руку мага, посмотрела на хозяина дома. – Но я уже дала согласие лорду Каллеману.
Имперец сжал мои пальцы.
– Что ж, в таком случае, прямо сейчас мы отправимся в префектуру, – бесстрастно произнес он.
– Но позвольте, – холодно процедила тетушка. – Вы не можете вот так, без разрешения, без… Эви, что ты молчишь? – напустилась она на меня. – Неужели ты действительно собираешься выйти замуж за этого… этого…
– Ну что же вы? Договаривайте, – любезно предложил Каллеман, и у меня от этой его любезности по спине холодок пробежал. – За этого – кого?
– Мы вас абсолютно не знаем, лорд Каллеман, – после секундной паузы, произнесла герцогиня.
Что ж, надо отдать тетушке должное. Даже понимая, что добыча ускользает из рук, она не вышла из себя и продолжала говорить негромко, холодно и почти невозмутимо. Пожалуй, они с Каллеманом были достойными соперниками, но, похоже, тетушка хорошо знала имперца, потому что открыто возражать ему не пыталась. Неужели боялась? Но чего?
– Вы видели мои бумаги, – усмехнулся Каллеман.
– Да, но они не говорят о вашей финансовой состоятельности. Я не могу отдать племянницу человеку без гроша за душой.