Я нарисовал еще одну схему:
— Лучшая стратегия выхода — пирамидальная. Предположим, твоя позиция выросла на тридцать процентов. Ты продаешь треть при росте на десять процентов, еще треть при двадцати процентах, и последнюю треть при тридцати процентах. Или держишь ее с постоянно повышающимся стоп-лоссом, если рынок продолжает идти в твою пользу.
— А как определить правильные уровни для выхода? — спросил Эдвардс, жадно впитывая информацию.
— Отличный вопрос, — я кивнул. — Зависит от волатильности актива и общей рыночной ситуации. Для обычных акций первый уровень фиксации прибыли часто устанавливают при доходности, равной половине годового диапазона колебаний цены. Например, если акция обычно колеблется в пределах двадцать процентов за год, первая фиксация прибыли происходит при росте на десяти процентах.
Я взглянул на часы. Было уже почти девять вечера.
— На сегодня достаточно. Завтра встретимся здесь в восемь утра, за два часа до открытия рынка. Проверим все еще раз и будем готовы действовать.
Эдвардс выглядел одновременно измотанным и воодушевленным.
— Стерлинг, я не знаю, как тебя благодарить…
— Не благодари, — отмахнулся я. — Просто запомни все, чему научился сегодня. И когда будешь успешным брокером, помоги кому-нибудь еще, кто окажется в такой же ситуации.
Эдвардс покинул мой кабинет с новым планом и, что важнее, с надеждой в глазах. Оставшись один, я опять взглянул на часы.
Четверть десятого. В офисе непривычно тихо, большинство сотрудников разошлись по домам. Идеальное время для изучения материалов, переданных Харрисоном.
Но перед тем, как я ушел в кабинет, ко мне подошел посыльный. Вручил записку от цветочного магазина.
«Прогулка сегодня вечером. Наш друг хочет поговорить. Придут двое. Буду наблюдать»
Я хмыкнул и спрятал записку. Надо спланировать свой маршрут домой таким образом, чтобы он проходил через тихий переулок на пересечении 42-й и Лексингтон. Идеальное место для такой «прогулки».
Затем я отправился в кабинет и вернулся к столу, где меня ждала внушительная папка. Открыв ее, я обнаружил финансовые отчеты, список транзакций и копии писем Паттерсона клиентам за последние три месяца. Харрисон проделал серьезную подготовительную работу.
Следующие два часа я методично изучал документы, делая пометки и выстраивая хронологию действий Паттерсона. Постепенно начала вырисовываться интересная картина. Паттерсон действительно вел двойную игру, но не просто с «Коннорсом и Блумфилдом», как предполагал Харрисон.
В его переписке я обнаружил несколько зашифрованных указаний на перемещения средств между различными клиентскими счетами. Искусно замаскированные транзакции, небольшие задержки в исполнении ордеров, систематические неточности в ценах, все это позволяло небольшим суммам «исчезать» с клиентских счетов и, предположительно, оседать где-то на стороне.