Я был настолько поглощен анализом, что не заметил приближения шагов. Дверь моего кабинета тихо приоткрылась.
— Засиделись, мистер Стерлинг? — негромко произнес Джеймс Тейлор, личный ассистент Паттерсона.
Я не выказал удивления, потому что его появление не было неожиданностью. Тейлор известен своей преданностью Паттерсону. Я предполагал, что Паттерсон снова будет со мной контактировать через него.
На появление Тейлора я рассчитывал с вероятностью в семьдесят пять процентов. Только завтра, а не сегодня. Видимо, ситуация еще серьезнее, чем я предполагал, раз они так торопятся.
Молодой человек в безупречном костюме, всегда собранный и наблюдательный. И сейчас его цепкий взгляд отметил разложенные на моем столе документы.
— Много работы, Тейлор, — спокойно ответил я, не пытаясь скрыть бумаги. Это было бы лишь подтверждением виновности. — Мистер Харрисон поручил срочный анализ.
Тейлор вошел в кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Его обычно невозмутимое лицо выглядело напряженным.
— Я слышал, что вам передали определенные материалы, — сказал он, осторожно подбирая слова. — Мистер Паттерсон предполагал, что это может произойти.
— Вот как? — я откинулся в кресле, сохраняя нейтральное выражение лица. — И что же мистер Паттерсон думает по этому поводу?
Тейлор едва заметно усмехнулся.
— Мистер Паттерсон думает, что умный человек всегда рассматривает ситуацию с разных сторон, прежде чем делать выводы.
— Рациональный подход, — согласился я, внимательно наблюдая за его реакцией. — Но мне сложно представить другую сторону в ситуации с передачей конфиденциальных материалов конкурентам.
— А есть ли абсолютная уверенность, что материалы были переданы? — Тейлор сделал паузу. — И более того, есть ли уверенность, что они были переданы именно мистером Паттерсоном?
Это интересный поворот. Я подался вперед, показывая заинтересованность.
— Вы намекаете, что обвинение сфабриковано?
— Я лишь предлагаю вам рассмотреть все возможные сценарии, — Тейлор достал из внутреннего кармана конверт и положил его на край моего стола. — Например, сценарий, в котором мистер Харрисон не так безупречен, как хочет казаться.
Не притрагиваясь к конверту, я бросил на него взгляд.
— Что это?
— Небольшое досье на мистера Харрисона, — ответил Тейлор. — Его контакты с Metropolitan National Bank в 1925–1926 годах. Очень интересное чтение, особенно в контексте банкротства текстильной фабрики в Бостоне. Фабрики, принадлежавшей некоему Эдварду Стерлингу.
Я застыл на мгновение. Прямая связь с отцом Стерлинга. Но я сохранил невозмутимость.