— Я не учёный, — сказал я. — Тут я тебе не советчик. Но… вполне возможно.
— Вот что, — решительно проговорила Иби. — Нам нужно докопаться до истины. До самой сути проекта. Узнать, кто стоит за убийствами Скворцова и Проскурина. Тогда, может быть, всё станет яснее и понятнее. Ты же мне поможешь, Егор?
— Конечно, — заверил я. — Этим мы сейчас и занимаемся.
И, пока шёл по коридору, кое-что вспомнил.
— Кстати. Тот файл, что я отправил себе на почту. Ты его обработала? Посмотрела, что это? Что там такого интересного прятал Проскурин?
— Я тоже не могу его открыть, — сказала Иби. — Представляешь?
— Как это? — удивился я.
— Он зашифрован.
— Хм. Это уже интересно. И что делать?
— Я пока работаю над этим, — сказала она. — Подбираю код.
— Слушай, может, какого-нибудь хакера найдём и к нему обратимся?
— Егор, — ответила Иби. — Я быстрее любого хакера. Если я не смогу, то и хакер не сможет.
— О как, — хмыкнул я. — А ты у нас хвастуша.
Я сказал это мягко и без всякого упрёка.
— Ну, у некоторых девушек есть склонность преувеличивать. Это у них не отнять.
И проговорила она это даже с некоторой гордостью.
Закончив со всеми документами по задержанию и настрочив рапорт, я зашёл в кабинет к Румянцеву.
— Владимир Степанович, — сказал я. — Закрепите меня за этим делом официально. Чтобы я оперативное сопровождение вёл. По убийству Проскурина.
Он откинулся на спинку кресла.
— Ой, там уже всё на мази. Чего там сопровождать? Мы же его взяли! Ты молодец, вычислил подозреваемого.
— Но за ним же кто-то стоит, — сказал я. — Не сам же он пошёл убивать, по своей инициативе. Что он вообще говорит?
— Да молчит пока, как рыба об лёд. Ни бе, ни ме. По дактилоскопической базе не числится. Сейчас взяли образец ДНК, проверяем. Но сам знаешь, это время, пока профиль получим. Этот черт ни слова пока не сказал. Даже адвоката не просит, представляешь.
— Представляю, — вздохнул я.
Он махнул рукой.
— Ну ничего, заговорит. Может, подсадим к нему в камеру кого-нибудь для разговоров.
— Вряд ли он расколется, — сказал я. — И вряд ли он сокамернику что-то ляпнет. Скорее всего, человек подготовленный.
— А мы и не таких кололи, — гордо проговорил Степаныч. — А ты иди, Фомин, занимайся. Без тебя разберёмся.
— Нужно беречь задержанного, — сказал я.
— В смысле? — нахмурился он.
— В прямом. Если за ним кто-то стоит, им очень не понравится, что он уже у нас.
— Ой, иди, — отрезал он. — Без тебя разберёмся. Вон, займись угоном мусорки лучше.
— Чего? — удивился я.
— Да мусорку угнали, машину. Мусоровоз. Иди занимайся.
— Пусть дежурный опер этим занимается, — сказал я.