Говоря откровенно, я не ожидала, что мне сразу предоставят возможность работать так, как хочется, но получилось именно то, о чем мечталось — и получилось только из-за того, что где-то в руководстве кто-то далеко не самый глупый смог оценить мою работу по созданию вычислительной техники и вообще нормальной полупроводниковой промышленности — при том, что я ни в том, ни в другом особо и не разбиралась. Но я разбиралась в том, как управлять производственными процессами, и это заметили. И оценили, а теперь у меня имелось даже свое «офисное здание». Не такое пафосное, как, скажем, знаменитый «Дом проектных институтов» на Волоколамке, но тоже здание очень даже приличное. И в чем-то здание архитекторов Рочагова и Резнеченко превосходящее. Конечно, оно не занимало целый квартал, но было не восьми, а десятиэтажное, а на крыше левого крыла даже вертолетную площадку обустроили. Очень мне лично нужную, особенно учитывая, что вертолетов Комитету не выделили. Да и строили это здание не четыре года, меньше чем за год управились, если некоторых мелочей не замечать. Но даже это здание мне досталось, вероятнее всего, с прицелом на то, что я с ним делать буду. А делать там было много чего…
Во-первых, только снаружи домик выглядел законченным, а внутри только три этажа в левом крыле были отделаны, а во всех остальных помещениях мы имели лишь неоштукатуренные кирпичные стены, голые бетонные полы и все же работающие батареи отопления. А лифты в здании даже не ставились еще — так как лифты вообще-то от электричества работают, а разводка проводов тоже только в трех готовых этажах одного крыла была выполнена, и в результате свалившееся мне на голову «богатство» имело несколько специфический привкус. Но на самом-то деле пока что мне и трех этажей хватало с избытком, а все прочее было делом наживным. Все можно было и отделать хорошо, и коммуникации провести в принципе было несложно — правда, если не учитывать такой мелкой мелочи, что на эту работу Комитету денег и фондов вообще не выделили. Да и выделили далеко не все, что мне изначально озвучил товарищ Патоличев.
А «выделял» мне все это именно Николай Семенович скорее всего потому, что под ним в стране была вообще вся внешняя торговля, а за последний год эта самая торговля резко выросла за счет всяких полупроводниковых изделий — и ему наверняка хотелось, чтобы этот поток импортных денежек продолжил свой быстрый рост. А раз уж некая Федорова С. В. этот поток и обеспечила, то пусть и дальше старается. И было понятно, почему финансирование мне досталось крайне скудное: на постройку нескольких новых заводов какую-то денежку страна изыскала, а дальше мне предлагалось, по сути, «расти на подножном корме» — хотя и тут Николай Семенович позаботился о том, чтобы такого корма хватало. Ну, если все же работать усердно.