Я подаюсь вверх.
— Малыш, мне нужно…
— Снова потрахаться. Я в курсе, — он смеется, падая на меня, все еще находясь глубоко внутри моей задницы. — Дай мне минуту, ладно?
— Целую минуту?
— Думаю, лучше пять, — он гладит меня по волосам и вздыхает мне в шею. — Потом ты сможешь кончить в меня.
— Не-а, — я хватаю его за затылок и переворачиваю нас так, чтобы оседлать его. — У меня мало времени.
Его смех эхом отдается в моем ухе, когда я впиваюсь губами в его губы, выпивая его смех, его радость, проглатывая его, блять, целиком.
Наверное, это ненормально – хотеть не отлипать от него при любой возможности.
Но я боюсь, что если перестану прикасаться к нему, он исчезнет.
Снова.
Глава 28
Вон
Это была плохая идея.
Самая худшая на свете.
Я предложил нам куда-нибудь сходить только для того, чтобы отвлечь Юлиана, потому что этот чертов ублюдок никак не мог перестать меня трахать.
Неважно, сколько раз мы это делали, он снова возбуждался за считаные минуты, требуя еще одного раунда.
А у меня уже все болит, и я, честно говоря, устал. Мало спал после перелета, а этот секс-марафон мало чем помогает мне отдохнуть.
Даже когда я попытался поплавать в крытом бассейне, Юлиан ворвался туда – в буквальном смысле прыгнув бомбочкой, окатив все вокруг водой. Затем накинулся на меня, дразня, прикасаясь, пытаясь соблазнить. Не то чтобы у меня был огромный запас самоконтроля рядом с ним, но, по крайней мере, его у меня больше, чем у него.
Он как сгусток энергии, который просто не может сидеть на месте и ничего не делать.
И, по правде говоря, меня это в нем восхищает – его безграничный энтузиазм, то, как он несется по жизни без малейших колебаний, сметая все на своем пути. В нем есть все то, чего нет во мне, и если раньше я считал это безрассудной слабостью, то теперь это вызывает у меня благоговение.
Но не сейчас.
Не тогда, когда он отпускает руль, широко раскинув руки, обнимая воздух, пока мотоцикл несется вперед с пугающей скоростью.
Моя рука крепко обвивает его живот, я начинаю тянуться вперед, но потом вспоминаю, что ничего не смыслю в мотоциклах, и снова сажусь назад, вцепившись в него обеими руками.
— Прекрати, Юлиан! — кричу я, перекрикивая шум ветра.
— Да ладно, это же весело!
— Будет не очень весело, когда мы разобьемся.
Он смеется, его хриплый голос тонет в порывах ветра.
— Какой ты драматичный.
К счастью, он снова хватается за руль. К несчастью, прибавляет газу, лавируя между немногочисленными машинами на шоссе, и каждый раз, когда мы чудом избегаем столкновения, мой пульс зашкаливает.
— Сбавь скорость! — кричу я, ударяя его в грудь.