Не уверен, почему не хочу, чтобы он или кто-либо еще узнал о том, чем мы с Воном занимаемся в темноте. Занимались .
Один раз.
Будем молиться, чтобы это вошло в привычку. Аминь .
— И правильно бы сделал, — он вздыхает, как старик, переживший три развода. — Серьезно, от него одни неприятности, Юлиан.
— Я знаю, — я ухмыляюсь.
— Он куда умнее тебя.
— Эй! — я пинаю его. — Ты только что назвал меня тупым?
— Ты не тупой, но его интеллектуальный диапазон шире твоего. Когда ты действуешь интуитивно, он руководствуется логикой, и это ставит тебя в невыгодное положение перед ним.
— Тогда, думаю, стоит просто смотреть и ждать, кто из нас победит. Мои инстинкты или его скучный мозг.
Он встает, и между его бровями появляется складка.
— Юлиан. Сейчас не время для игр. Твои братья поджидают любой твоей малейшей ошибки, чтобы занять твое место. И твой отец, может, сейчас и не даст им этого сделать, но если ты его унизишь – и как бы неприятно мне ни было это признавать, но твоя связь с мужчиной действительно станет для него позором – он избавится от тебя, поставит одного из них во главе и выдаст твою сестру за того, кто ему больше заплатит. И этот кто-то может начать над ней издеваться.
К черту это дерьмо. Он сейчас просто повторяет слова моей матери.
Обжигающая боль взрывается в груди при воспоминании о ней.
Последнем воспоминании.
Потому что она просила меня покончить с этим, а я этого не сделал. Я позволил одержимости взять верх и оставил ее в последние минуты жизни.
— Я признаю, что Вон тоже играет в опасную игру, провоцируя тебя, — продолжает Сай. — Но он придет в себя – в случае таких, как он, это не заставит долго ждать – и тогда именно тебе будет больно. Снова. Именно ты будешь расплачиваться за это. Снова . И когда дело дойдет до крайностей, он опять тебя бросит. Точно так же, как оставил гнить тебя и умирать в той пещере четыре года назад.
Я сглатываю, но ком застревает где-то в горле.
Точно.
Я начал все это, чтобы разрушить равновесие Вона. Уничтожить его самомнение и разрушить его жизнь. Я хотел заставить его потерять любовь всей его жизни, затем не оставить ему иного выбора, кроме как переехать, чтобы потом я мог довести дело до конца – разрушить его успеваемость, компанию друзей, все и вся, что только возможно.
Месть .
Вот что я говорил себе, когда вернулся к своей одержимости, но, кажется, забываю об этом, когда зацикливаюсь на его реакциях на мои видео.
Он пишет лишь изредка, чтобы написать мне либо что я его раздражаю, либо что мне не следует испытывать его терпение, либо что я нарываюсь.