— Мне больше не придётся тащиться до телепортационной площадки пешком, — ответил я. — Теперь ты будешь подвозить меня.
— Шутишь?
— Ходарев выделил мне жирный гонорар за героическое поведение, — гордо ответил я. — Пора бы привыкнуть к тому, что я научился делать деньги.
Мы расселись в машине Шрама, хлопнули дверцами, и поехали к автосалону. В дороге я заметил, что Ростов сильно изменился. На тротуарах не было ни души, хотя день вроде как выходной, и солнце сияло в зените. Ставни с защитными рунами закрыли на окнах ещё до наступления ночи. Лишь изредка я видел людей, которые возвращались домой с полными пакетами продуктов.
Теперь улицы находились под пристальным наблюдением военных. Армейские патрули часто оказывались в поле видимости, и провожали нас пристальными взглядами. Иногда нам приходилось останавливаться на перекрёстах, чтобы пропустить колонны жёлтых бронемобилей службы внутренней безопасности. Издали доносились залпы бронеходных пушек. Я относился к этому спокойно. Вполне понятные меры, ведь теперь, после случая на стене, змеелюдом оказаться мог кто угодно.
— Даже меня проверяют, — сказал Шрам, и свернул на дорогу, которая вела к автосалону, у которого высилась большая рекламная стелла с логотипом автомобильной марки «Роза». — У купола чертовщина творится. Твари уничтожили бронеходы, и теперь пытаются пробить защиту. Жёлтые совсем с ума сошли. Если хоть что-то покажется им подозрительным, могут увезти в неизвестном направлении. И непонятно теперь, кого люди больше пугаются. Чудовищ, или своих защитников.
Шрам заехал на пустую парковку, и остановился на ближайшем свободном месте.
— Считаю, что основания для этого есть, — сказал я. — Змеелюда, которого мы выщемили у «Трещины», от человека вообще было не отличить. Туповатого, конечно, но всё же человека.
— Тут ты прав, — согласился Шрам. — Иной раз дворянки с утиными губками могут быть тупее, чем мутировавшие змеелюды. Тебе «Роза» подойдёт в качестве машины? У меня такая.
— Зависит от стоимости. — Пожал плечами я. — Я человек практичный, но в данный момент для моей семьи важнее понт, а не экономия маговатт на сто километров.
— Ну, развалюшка, вроде моей, стоит тысяч сто, — ответил Шрам. — Вон, на демонстрационной парковке стоит. Новая. По чём остальные — не знаю. Надо в салоне спрашивать.
В вестибюле нас встретила продавец. Она искренне улыбнулась, и пригласила нас на гостевой островок, где мы расположились на удобных кожаных диванах.
— Я редко вижу в нашем салоне студентов Грозненской, — призналась она. — Вы уверены, что хотите приобрести именно «Розу»? Есть ведь более солидные автомобили. «Мамонт», например. Или та же «Вспышка».