— Это ещё не конец, — пригрозил я, покосившись на Кузьмина. — Если за неделю ты не вернёшь мне сестру, то беги за границу. Прячься где можешь. Прячься, пока я тебя не найду, а когда найду, смерть твоя будет долгой и мучительной.
Наверное ему казалось, что всё позади. Он осмелился взглянуть на меня, когда откашлялся. Хотел позлорадствовать, да не вышло. Моё желание убить было столь сильно, что Кузьмин нутром его почуял, побледнел на мгновение, а потом отвернулся. Правильно, подонок. Бойся.
— Если с головы моих родных упадёт хотя бы волос, — я обратился к оцеплению, и толпе дворян за ним. — Я уничтожу Ростов за несколько часов. Ваших жён пережрут одноглазые, когтистые освежуют детей, и я не трону чудовищ, пока они не закончат. Помните, что единственное, что меня сдерживает от исполнения угрозы — моя семья. Хорошо подумайте, прежде чем хотя бы притронуться к ним.
И это был не просто блеф. Дворяне поглядывали на меня с испугом, с неприязнью, как на временно загнанное, очень опасное животное. Им было плевать на меня, плевать на мою семью. Ступицин взял Олесю в заложники, и никто даже не подумал за неё заступиться. Для них она стала матерью зверя, с которой следовало разделаться с той же степенью беспощадности.
Раньше я думал об их жизнях, думал, что не брошу человека в беде, и не бросал.
Теперь же всё стало иначе.
Жители Маншаллы любили меня, глядели с благоговением, но за время охотничьей карьеры я ни разу не оступился. Маншалльцы видели во мне защитника и спасителя. Здесь же, не взирая на то, что я спас город от заражения Тьмой, никакого восхищения не было. Дворяне видели во мне лишь частично перевоплощённого монстра, и я решил соответствовать общественному мнению. Решил, что любой неосторожный шаг для них станет последним, что ни один из этих подонков не дождётся от меня жалости, как не дождались дворяне в аукционном зале.
Олеся была бледная как снег, и глядела на меня, не моргая. Ей было страшно пошевелиться. Либо её пугал огненный шарик у виска, либо озвученная мной угроза.
— Теперь на колени, руки за голову! — снова послышался командирский бас в громкоговорителе.
«Руки за голову, — с усмешкой подумал я, когда послушно встал на колени. — Мне хватит усилия воли, чтобы стереть вас в порошок без магических жестов».
Казалось бы, надо всего лишь нацепить на меня наручники, но никто из магов «Небесной вспышки» не рискнул приближаться в одиночку. Они приблизились ко мне целым взводом, наверное для того, чтобы не обделаться, если я вдруг чихну. На моих запястьях сомкнулись и щёлкнули холодные браслеты. Это определённо был артефакт, способный подавить магическую мощь, но вышло так, что он вовсе перестал работать. Не выдержал моей астральной температуры, и превратился в обычную железяку.