Передо мной уведомление о резервировании имущества для последующего изъятия в пользу государства.
Дом, который раньше принадлежал Свете, в скором времени пойдет под снос, так как на его участке планируют возводить мост.
Так вот где собака зарыта.
Следом я нахожу копию документа, в котором Наталья обращается к местному чиновнику. Она соглашается отдать свой (Светы) дом вместе с участком, прибегая к натуральному обмену.
Если верить словам Светы, ее дом оценивается очень дешево, а вот Наталья просит за него сразу три однокомнатных квартиры в центре города. Общая площадь этих трех квартир пропорциональна площади извлекаемого дома, но их совокупная стоимость значительно превышает оценочную стоимость дома.
А Света нисколько не преувеличивала, когда называла Наталью прирожденной торгашкой. Мало того, что власть нагнула, так еще и огромную выгоду для себя получила.
Не баба, а сущий дьявол. С такой страшно иметь дело.
Найдя в кармане свой телефон, я делаю фотографии всех этих документов и в сторонку их убираю.
Далее на глаза попадается копия расписки, в которой говорится, что Наталья приняла от некой Дроздовой Оксаны сумму в размере один миллион рублей.
За что – неизвестно. Паспортных данных Оксаны тоже нет. Но она пишет, что претензий к исполнителю не имеет.
А вот у меня этих претензий полно, а толка мало. Считай, с места не сдвинулся даже.
Чуть погодя я нахожу еще три расписки с однотипным содержанием, но с именами разных женщин и суммами, варьирующими от полумиллиона до миллиона.
Что все это значит?
Сперва я предположил, что Наталья могла продать детей Светы, но расписок явно больше, чем близнецов.
Зараза!
Наверняка, все это вообще не имеет никакого отношения к Свете.
Только время зря теряю.
Когда я уже планирую вернуть все документы в ящик, на столе остается лежать сложенный вдвое листок.
Разворачиваю его, читаю содержание.
Это выписка из истории болезни.
Имя: Никита. Возраст: четыре месяца. Диагноз: врожденный порок сердца. Рекомендации: Требуется оперативное лечение.
Шок.
Однако я нахожу как минимум одно совпадение.
На момент выдачи этого документа близнецам Светы как раз было около четырех месяцев.
Выходит, одного из них зовут Никита, и он серьезно болен. Был, по крайней мере.
Наталья же не до такой степени изверг? Она вылечила ребенка на те миллионы, за которые отчитывалась в расписках?
Нет, я не могу уйти из этого дома с пустыми руками.
Отправляюсь в кухню, нахожу там нож. С помощью него разбираю ноутбук, извлекаю из него жесткий диск, и собираю все как было.
Прежде чем уйти отсюда, я отношу тушу Натальи в спальню. Кладу на кровать, накрываю одеялом и уничтожаю после себя все улики.