Нужно было сажать дирижабль. Как можно скорей.
Центральная часть диафрагмы была уже изрядно опустошена, шар переломило надвое и нос дирижабля начал крениться вниз.
Я со всех сил схватился за штурвал, попытался выровнять машину, но не удалось. Слишком сильными были повреждения. Демоны раздери!
Засвистел ветер, прямо в лицо. Где-то над головой злорадно закричала птица.
А мы падали вниз.
Все циклично. Все возвращается на круги своя. Все имеет начало и конец. И вновь начало. По крайней мере, я на это сейчас надеялся.
Падая вниз, неизбежно и стремительно, я невольно вспомнил тот свой последний раз, когда бился со штурмовиками. Кто же знал, что и в этот раз я закончу свою новую жизнь также — на летательном аппарате, разбившись о непреодолимую материю?
Ткань диафрагмы трепало встречным ветром, газ остался только на носу и в хвосте, все остальное улетело из пробоины посередине.
В отчаянии я попытался рвануть рулевое колесо на себя, но не удалось — оно было заклинившим.
Балласт!
Внезапная догадка обожгла мозг. Нужно избавиться от балласта, тогда падение замедлиться. Кто знает, может быть, даже удастся посадить дирижабль.
Но какой тут балласт? Госпожа Смит да я. Главу Школы я точно не выкину за борт — мне еще учится у нее. Сам тоже не собирался сигать вниз. Получается, ничего нет?
Хотя нет, постой. Баллоны! Они были тяжелые, висели по краям. И если их отцепить, то масса нашего летательного аппарата уменьшиться значительно.
Ухватившись за один из тросов, который болтался у кормовой части, я прыгнул из корзины прямо в пустоту.
Маневр мой был прост. Я перелетел через гондолу, не теряя ни секунды, оказался возле баллонов. В голове возник странный образ-сравнение: человек-паук. Я не знал кто это, но всплывшая картинка из памяти нарисовала довольно похожую картинку. И в самом деле, как человек-паук — персонаж из какого-то запрещенного еще в прошлом столетии в Российской Империи мультика.
Баллона было два и скреплены они были стальными стяжками. Нужно было повозиться, чтобы отвязать их. А с учетом того, что нас болтало, и мы стремительно летели вниз, эта задача казалась не выполнимой.
Первая попытка разорвать путы не увенчалась успехом. Вторая — тоже. Пришлось искать скрепляющий механизм. Им оказался болт, на котором все и держалось. Открутить его не представляло труда. Вот только если бы я находился на твердой почве, меня бы не качало, и никто не стрелял бы в спину. А сейчас…
Я чертыхался и пыхтел, пытаясь взмокшими пальцами открутить этот проклятый болт. Тот, словно назло мне, не хотел идти. Однако настойчивости моей можно было позавидовать и вскоре я смог провернуть его на несколько оборотов, расслабив крепление.