Раздались удаляющиеся шаги — Марина уходила.
Одну проблему решил. Теперь нужно что-то делать с Метелью, иначе…
Я огляделся. Увидел графин с водой. Схватил его и облил девушку. Это погасило пыл, Метель ойкнула, обмякла. Не теряя ни секунды, я подскочил к ней и как следует отхлестал по щекам, пытаясь пробудить настоящий разум девушки.
Помогло.
— Что… что происходит? — простонала Метель.
Взгляд ее вновь был прежним.
Девушка осмотрелась, потом глянула на руки.
— Ты меня связал⁈ — удивлению ее не было предела.
— Связал, — кивнул я, вытирая дрожащими руками пот со лба. — Так нужно было.
— Меня еще никто не связывал, — растеряно произнесла она, явно не понимая что происходит. — Все-таки опоил, засранец, и воспользовался моментом? А ну немедленно развяжи! Хотя, нет… постой. Не развязывай.
— Что⁈ — настала пора удивляться мне.
— Не развязывай, — девушка хищно улыбнулась, закусила губу, попробовала на прочность путы. — Мне эта игра даже нравится. Есть в ней что-то дикое, первобытное. Люблю такое. Возьми меня прямо так.
— Ты сейчас о чем…
— Иди ко мне! Живо!
Платье девушки из-за попыток вырваться задралось, оголяя ноги красотки. Прическа растрепалось, что еще больше придало сексуальности.
— Давай! Не заставляй меня ждать!
Ух, неожиданный поворот случившегося!
Видимо такой стресс пробудил в Метели определенные влечения, потому что она не унималась:
— Давай же! Чего ты ждешь? Возьми меня, Пушкин!
Не привык я отказывать дамам, тем более по таким просьбам.
Разгоряченное тело девушки было податливым как воск. В один прыжок я оказался на кровати. Сорвал с себя одежду, потянулся к белым трусикам девушки.
Метель задышала тяжелей, закатила глаза. Томно выдохнула:
— Да! Будь со мной груб.
Я не стал говорить ей о том, что еще пару минут назад хлестал ее по щекам так, как никогда никого не лупил.
Белье было снято, оголяя бархат кожи, изгибы и желанные впадины.
Трусики полетели на пол. Бюстгальтер — туда же. Груди Метели были упругими, помещающимися в ладонь. Их белизна, куда не пробралось искусственное солнце солярия, сводила с ума. Я прильнул к ним губами и девушка застонала еще громче.
— Не тяни! Ну же! — прошептала она мне в самое ухо.
И я не стал оттягивать момент.
Наши тела слились, еще больше распаляя вспыхнувший огонь. Метель изменила своему имени, превратившись сейчас в настоящее бушующее пламя. Ее хрипловатые стоны пробуждали во мне что-то звериное и я отдался полностью этим эмоциям и чувствам.
…Комната была заперта полчаса. Когда в следующий раз она открылась, оттуда вышла два изрядно помятых, но довольных человека — я и Метель.