Пыль забила рот! Воздух вышибло из лёгких!
— ХРА-АА!
Он увидел, что я ранен, и издал торжествующий рёв! А затем — прыгнул!
Мой мозг отключился на несколько мгновений, словно кто-то щёлкнул тумблером. Я лишь чувствовал смесь ужаса и адреналина и видел летящую тушу огромного льва, желающего разорвать мне глотку. Мне показалось, что я способен рассмотреть каждую деталь на его безгривой голове, его жёлтую радужку, острые клыки и даже шероховатый кошачий нос.
Тело начало действовать без моего участия! Одним движением руки я вонзил край атлатля в щель скального навеса, а другой — в землю перед ногами. И следом туша льва, врезалась в эту распорку.
БАМ! ХРА-КХ!
Древко тут же переломилось. Острый край почти угодил в глаз, если бы я не успел отвести голову. И как по заказу, у кончика носа пронеслись тёмные когти. Но по инерции льва отбросила ниже по склону, он покатился по каменистой осыпи обратно к реке.
— Не всё! — прорычал я скорее самому себе и вскочил на ноги.
Лодыжку тут же пронзила резкая боль. Я аж скривился. Но перепачканный в пыли лев уже поднимался, и глаза у него были злющие!
Я стиснул зубы покрепче и побежал. Расстояние между нами сокращалось. Мне казалось, что я ощущаю его дыхание на шее. Топот лап набатом бил по ушам. Но впереди уже показалась метка из трёх плоских камней, сложенных друг на друга.
«Ещё немного! Ещё чу-чуть!» — судорожно думал я.
Для последних нескольких метров я собрал все силы, что у меня остались… И прыгнул! Пронёсся над линией камней, над насыпью хвои и мха! Ощутил удар о твёрдую землю — обрадовался и кубарем закатился вбок, в подготовленную нишу.
«Давай же!» — вспыхнула мысль.
И ослеплённый азартом и гордыней пещерный лев — влетел на замаскированный настал. Разлетелся треск ломающегося хвороста, и взметнулись иглы сухой хвои. А следом туша опрокинулась в яму и мне в уши ударил пронзительный, полный боли и обиды визг вперемешку с рёвом.
Ловушка схлопнулась.
Я выполз своей ниши и опрокинулся на живот и осторожно, медленно подобрался к яме.
Обожжены деревянные колья не сумели убить его сразу. Один прошил бедро насквозь, другой разорвал брюшину, а третий пробил область лёгких. Он ещё бился даже насаженный на колья. А та прекрасная, золотистая шкура, постепенно темнела от крови и грязи.
«Опытный лев никогда бы не оказался в такой ловушке. Но ты… слишком молод и неопытен. И твоя главная ошибка… недооценивание людей». — думал я, смотря на него. Этот урок стоил ему жизни. И мне, признаться, было жаль это прекрасное создание.
— Прости, — тихо сказал я, отдавая должное зверю.