Когда природные укрытия кончились, мне пришлось ползти. И мелкие камни крайне неприятно вонзались в локти и предплечья. Но я был тишайшим, ни пылинки не взвеял. Да и уже зрел свою цель — тесную щель в скалах за его спиной.
Как очутился в надобной точке, сразу замер, готовясь морально. В руках я держал костной атлатль. Это был такой древний «множитель силы». Дротик, брошенный с его содействием, бил куда сильнее любого отправленного в полёт рукой. Рычаг — нечего удивительного. Недаром ведь, всё гениальное — просто.
Правда, в подлинной истории «хомо сапиенс» изобретут его сильно позже. Буквально через пару десятков тысяч лет. Может, немного раньше. Не суть важно.
Более того, дротик у меня был специальный. Вместо привычного острия дротика древко вершилось кожаным мешком, наполненным пеплом и едкой полынью. И ещё одним — особым ингредиентом.
Я отклонил локоть назад, занёс руку и рванул!
— ХА! — вылетел из горла хриплый выдох.
Атлатль выстрелил с тихим свистом! Дротик помчался с невероятной стремительностью в аккурат туда, куда я хотел!
Лев среагировал за долю секунду до встречи со снарядом! Отскочил в сторону, в последний миг!
«Поразительная скорость реакции!» — подумал я, но едва ли огорчился. Даже не удержал лёгкой ухмылки, самыми краешками губ.
Желудочный пузырь разорвался прямо перед носом зверя. Он тут же выпустил облако пыли из пепла, полыни и, главное, порошка из корня аконита.
Лев дёрнулся и громогласно чихнул. Тут же сделал ещё прыжок, выбираясь из облака. Его золотистые глаза, сузившись, яростно разыскивали источник угрозы, прыгая по тёмным скалам и расщелинам.
«Это его не прикончит, но затормозит, — понимал я, так как в этом и состоял план. — И прибавит мне шансов выйти из этой схватки победителем. Ну или хотя бы не проигравшим». — улыбнулся я про себя, осознавая, что «проигрыш» — «смерть».
Я несколько раз глубоко вздохнул и выскользнул из укрытия на обнажённое место. Промчался десяток шагов, умышленно открывая спину. И разумеется — он заметил.
— РАА-ААР-АР-Р!!! — по долине разнёсся разъярённый рёв!
Он кинулся с места и начал набирать скорость с пугающей быстротой.
— Давай, за мной! — хрипнул я и бросился к скалам.
Я повёл его по дуге, используя любую природную преграду и невыгодный рельеф. Забегал за валуны, нырял под низкие навесы, вынуждал его тормозить и терять инерцию на крутых заворотах. Но на входе в тесный скальный коридор фортуна от меня отвернулась.
Кожаный мокасин соскользнул на «живом» камне, скрытом под слоем мха. Правая нога ушла в сторону, в голени неприятно чавкнуло, и я со всего маху рухнул на камни, покатившись под скальный навес.