Из окна первого этажа выбрался Мирохин, сжимая в руке связку гранат, сноровисто пополз к танку. Парня заметил немецкий пулеметчик. Андрей бессильно сжав кулаки наблюдал как фонтанчики пулеметной очереди ровной строчкой побежали навстречу ползущему бойцу, рваными пятнами перечеркнули серую шинель на спине, заставив тело болезненно вздрогнуть от ударов и безжизненно замереть.
Следом выскочил Гришин. Кубарем скатился по груде обломков, двумя какими-то сумасшедшими скачками добрался до неподвижного тела товарища, упал рядом, на секунду замешкался, выдирая гранаты из судорожно сжатой руки, скатился в ближайшую воронку и встав на колени широко размахнувшись, двумя руками швырнул связку под осторожно подползающий танк. Мощный взрыв подбросил многотонную машину. Вспыхнув, и зачадив густым черным дымом, она замерла, бессильно задрав к небу ствол орудия.
Между тем штурмующим дом гитлеровцам, несмотря на плотный огонь и большие потери, все-таки удалось ворваться на первый этаж и сцепиться с его защитниками в свирепой рукопашной. Следующие десять минут для Карасева слились в сплошной калейдоскоп грохота, криков, перекошенных яростью болью и страхом лиц. Он стрелял в упор, дрался прикладом и во всей этой страшной суете даже не успел уловить момент когда ситуация вдруг резко переменилась. Просто враги внезапно закончились. Прорвавшаяся внутрь здания группа была уничтожена полностью, а те, что были снаружи отошли, оставив на улице десятки свежих трупов. Как салют победителям мощно рванул боекомплект в горящей самоходке и над полем боя, вновь нависла напряженная тишина.
Воспользовавшись паузой, Андрей обошел позицию, подсчитывая потери и подбадривая выживших. Результаты обхода оказались неутешительными, атака танков и последовавшая за ней рукопашная сделали свое черное дело. От прежнего состава роты в строю оставалась едва ли половина. Погибли бронебойщики. Из пулеметов уцелели лишь трофейный МГ и Зыряновский «максим». Распорядившись об эвакуации раненых Карасев вернулся на свой КП.
— Захарчук, связь с комбатом есть?
— Есть товарищ младший лейтенант — боец покрутил ручку, зачем-то подул в трубку — Тобольск, я Калуга, как слышишь? Дай комбата. Товарищ лейтенант, комбат на проводе.
— Давай — ротный принял из рук связиста трубку.
На том конце провода раздался, усталый голос Журавлева: «чего у тебя младшой?»
— Одну атаку отбили тащ капитан. Уничтожены: танк и самоходка. Потери большие. Думаю, сейчас опять полезут.
— Ясно. Полезут — подтвердил командир батальона — наблюдатели докладывают, на твоем участке фрицы накапливаются для новой атаки. Ну, ты держись. Я связался с полком, они тебя огоньком поддержат. По переднему краю работать не будут, чтобы тебя не зацепить, а ближние тылы причешут.