— Можешь на этот счёт не беспокоиться. Девушки у меня больше нет.
— И правильно, — оживает дочь. — Она тебе совсем не подходила.
— Почему? — интересуюсь тут же.
— Потому что она мне не нравится.
Да. Детская логика непобедима.
Я подхожу ближе и присаживаюсь рядом с ней.
— Наше с тобой знакомство получилось не очень удачным, — говорю мягко и вижу, как Катя легко кивает, значит, я иду верным путём, хотя чувствую, что ступил на минное поле. — Я прошу прощения за поведение Виктории. Она была удивлена твоему появлению, но это не даёт ей права вести себя грубо по отношению к маленькому ребёнку.
— Я не маленькая! Мне семь лет, вообще-то, и я первый класс закончила! — гордо заявляет Вероника.
— Окей. Взрослая. Прости. Предлагаю начать сначала. Меня зовут Александр. Громов Александр Александрович.
Я осторожно протягиваю ей руку. Вероника настороженно смотрит мне в лицо, потом на руку и всё же вкладывает мне в ладонь свои маленькие пальчики. Ей ручка на фоне моей выглядит совсем крошечной.
— Вероника. Громова Вероника Александровна.
— Приятно познакомиться, Вероника.
— И мне.
Я довольно улыбаюсь. Катя, вообще, едва слёзы сдерживает.
— Но папой я тебя называть пока не буду, — заявляет вдруг Вероника. — Мне нужно привыкнуть.
— Я и не собирался заставлять.
— Пф, заставлять, — смешно фыркает дочь, заставляя Катю улыбнуться. — Мы тут всё? Можем уже уходить?
— Можем, — соглашается Катя.
Я расплачиваюсь по счёту, и мы выходим из кафе. По дороге к моему дому Катя говорит, что их вещи у неё в машине.
— Скажи, у тебя нет знакомых, у которых можно снять гараж на пару месяцев. У меня вылет завтра вечером. Я так и не успела решить вопрос с машиной.
— У меня есть гараж. Я им почти не пользуюсь. Машина на подземной парковке стоит. Оставишь ключи, я отгоню её.
— Спасибо.
Вероника бежит чуть впереди нас, и я решаю воспользоваться моментом, чтобы уточнить один вопрос.
— Кать, а что ты сказала Веронике? Как объяснила свой отъезд? Чтобы я не сболтнул лишнего.
— Я сказала, что заболела, и что эту болезнь могут вылечить только в другой стране. И что, к большому моему сожалению, ей нельзя со мной. Я пообещала ей, что выйду на связь, как только получится. Но я, правда, не знаю, когда получится, потому что не знаю, как пройдёт операция.
— Ты скажешь мне точную дату операции?
— Первое августа. Я буду звонить вам каждый день до операции, а там…
— Обязательно позвонишь, когда придёшь в себя и будешь чувствовать себя хорошо. А так и будет.
— Да, так и будет.
Мы заходим в подъезд, поднимаемся на лифте на десятый этаж, подходим к двери квартиры, я вставлю ключ в замок и только тогда понимаю, что не уверен — а ушли ли Вика. Надеюсь, ей хватило ума быстро собрать свои немногочисленные вещи и свалить.