— Конечно! — спохватываюсь я и поднимаю жетон повыше, чтобы было видно всем, — Вот он!
— Значит, и проблем никаких нет, — пожимает плечами первый, и Огастус багровеет так, что я пугаюсь: как бы с ним удара не случилось.
Но мои спасители и не собираются униматься. Второй язвительно бросает:
— Да и вообще… Уж не слишком ли придираетесь к госпоже? Почему-то отсутствие печатей у других торговцев вас никогда не смущало!
От прилива благодарности щемит сердце. Чувствую себя гораздо спокойнее и расправляю плечи, с твёрдой уверенностью взглянув на Уилби.
Тот краснеет ещё сильнее и брызжет слюной:
— Да как вы смеете указывать мне, как делать мою работу?! Вы… вы… вы никто!
— Мы не указываем, — всё так же спокойно отвечает первый, — просто хотим, чтобы справедливость была одинаковой для всех.
Огастус шумно выдыхает сквозь зубы.
— Ну что ж… — цедит он, — сегодня тебе повезло, девчонка. Свидетели нашлись. Но запомни, у закона глаза зоркие и руки длинные.
Фермеры невозмутимо переглядываются и явно нарочито ехидно хмыкают, будто показывая, что не верят ни единому его слову. Я тоже стараюсь держать лицо, хотя сердце бьётся как сумасшедшее.
Уилби ещё раз меряет нас тяжёлым взглядом и, пыхтя и тяжело переваливаясь с ноги на ногу, уходит прочь.
Я только тогда позволяю себе выдохнуть. Но парни всё ещё смотрят ему вслед, нахмурившись.
— Осторожнее будьте, — глухо говорит один. — Он злопамятный.
— Да уж, — добавляет второй, — такой забудет всё что угодно, только не обиду.
Эти слова настораживают меня. Пожалуй, с Огастусом надо быть вдвойне более бдительной…
— Спасибо вам, — искренне говорю я и улыбаюсь, чувствуя, как напряжение постепенно отступает. — Если бы не вы, он бы не отвязался, пока я бы ему не заплатила. А у меня каждый медяк на счету.
Они смущённо переглядываются и неловко переминаются с ноги на ногу.
— Будет вам, госпожа, — бормочет один, — Огастусу просто стоит иногда щёлкать по носу, а то совсем распояшется.
— Он всех в Дорке давно раздражает! — подхватывает второй, — Свою работу делать не хочет, а как деньги с других стричь — так всегда пожалуйста! Конечно, мы не могли пройти мимо такой несправедливости.
— Только вы уж следите за тем, чтобы печати Инспекции были на месте, если надумаете молочкой торговать, — поспешно говорит первый, — не давайте Огастусу лишнего повода себя прижать.
— Конечно-конечно, — киваю я, а для себя делаю мысленную пометку: обязательно узнать у Салли, есть ли у неё такая печать. Хотя, скорее всего, есть, раз её пустили торговать.
Уверена, Уилби первым же делом у неё эту самую печать и потребовал, когда нагрянул с проверкой!