— Так, — замешкалась я, — но ты сравнил, огромная империя и лагерь в пару десятков человек!
— Отличаются лишь масштабы, но суть остается та же. Кайлина, ты же наемница, ты все время принимаешь на себя ответственность за чужие жизни, это практически тоже самое.
— Я так не думаю, — нервно хмыкнула я. — Разница, между ответственностью за десяток жизней и за сотни тысяч все же велика.
— Это только кажется. Разница большая только, если это десяток близких и дорогих тебе людей или десяток незнакомцев. Но ты все это время охраняла именно незнакомцев. Поверь мне, тебе выучиться, чтобы стать великой императрицей будет куда проще, чем любой принцессе или придворной даме, — совершенно серьезно проговорил Ксандр.
Я смотрела на него и мне не верилось, что, зная всю правду обо мне, он все равно продолжал настаивать, что я не просто могу занять место его императрицы, а что я его…достойна? Я, сирота с образованием наемницы?
— Но Кайлина, я опять повторяю, прежде всего я хочу видеть тебя своей женой, а не императрицей. Даже если бы у тебя не было никаких задатков правительницы, ты все равно была бы нужна мне рядом. Ты, понимаешь? — шагнув еще ближе и оказавшись совсем рядом, он обнял мое лицо руками, не давая отвести взгляда. — И я понимаю, что прошу тебя о сложном решении. Поверь, если бы судьба сложилась по-другому, я бы сам был готов уйти за тобой и стать наемником. И да, эта жизнь была бы куда проще, понятнее и приятнее. Но ты права, я родился правителем. Ответственность принимать решения за сотни тысяч жизней стала моей без моего на то согласия. И я не могу от нее отвернуться. Возможно, я не лучший правитель, но сейчас я наименьшее зло, и этого достаточно. Но несмотря на эту ответственность, я хочу хоть немного побыть эгоистом. Я хочу видеть рядом с собой женщину, которую люблю и которой доверяю. Увы, жизнь со мной не будет простой и не будет тихой. Впрочем, не думаю, что это испугает ту, что добровольно присягнула богу Войны, — усмехнулся он, мягко оглаживая мои щеки большими пальцами. — Единственное, что я могу с полной уверенностью пообещать тебе –что я всегда буду любить тебя и буду предан тебе до самого конца, когда бы он не наступил. Потому что это единственное, что полностью в моей власти. И только этого же я попрошу у тебя в ответ. Мне плевать, кто ты, откуда и что о тебе будут говорить другие, для меня имеет значение только одно — любишь ли ты меня и хочешь ли быть со мной?
Я сама не поняла, в какой момент пламенной речи его серьезное и уверенное в своей правоте лицо у меня перед глазами начало расплываться. И даже не осознавала, в чем проблема, пока он стер с моей щеки сорвавшуюся слезу, заметив мягко: