Раздавшийся рядом очередной скрежет заставил меня нервно вздрогнуть и отступить. Опустив взгляд вниз, я поняла, что даже отрубленными, многочисленные лапы все равно пытались ползти в нашем направлении.
— Не знаю, что за эксперименты у вас тут проводили, но я бы за такое тоже казнила не раздумывая, — скривилась я, с легким ужасом наблюдая за копошащимися частями тел. — Почему они не умирают?
Неужто в этих катакомбах обитали пресловутые некроманты, что на нашей грани скорее считались легендой старых времен? Тогда надо срочно убираться отсюда, мало ли, что еще может выползти наружу. Судя по старым сказкам, эти маги были с выдумкой.
— Фактически, они уже давно мертвы, потому умереть не могут, — подтвердил мои опасения Ксандр. — У них даже крови нет.
Только теперь я заметила, что несмотря на творящийся пару минут назад хаос, рубашка на Ксандре была всего лишь значительно припылена. Конечно, имелось на нем и множество прорех, в которые проглядывали кровоточащие царапины — все же, тварь с множеством конечностей имеет преимущество перед тем, у кого для обороны лишь две руки, но чужой кровью или чем-то заменяющим ее, он залит не был. Действительно порождения некроманта?
— Видишь мох на этих тварях? — обратил он мое внимание на те самые святящиеся пятна, заменившие нам освещение. — На самом деле это такой паразит. Заражает еще живое существо, наполовину выедает его, оставляя лишь двигательные функции, а после управляет им, чтобы искать новых жертв. Только этот паразит здесь и выживает. А все твари, что напали на нас, это лишь его старые жертвы.
Меня передернуло.
— И люди тоже?
— Да.
В тишине я оглядела копошащиеся лапы.
— Идем отсюда. Меня уже тошнит от этих подземелий, — развернувшись я вышла обратно в коридор, куда меня ранее выкинул Ксандр и наконец подобрала с пола, почти потухший факел. В его слабом свете, я полезла в аптечку, в поисках зелья, что позволит факелу просуществовать еще немного и при этом не отравит нас.
— Линария, — приблизился ко мне со спины император и отобрал факел, позволяя перебирать зелья нормально. — Нам надо поговорить, пока мы еще не вышли…
— Надо, очень надо, — согласилась я, отыскав наконец безопасный флакон и плеснув его в тут же весело зашипевшее пламя факела. — Но я все еще чрезвычайно зла, поэтому говорить тут буду я. Ведь в прошлый раз, когда я позволила тебе говорить первым, ты совершил полнейшую глупость, не дав мне сказать действительно важную вещь.
— Говори. Ты права, теперь моя очередь слушать, — слабо усмехнулся мужчина.
Пару мгновений я молча рассматривала его лицо и наконец призналась: