Не сказать, что такое уж страшное преступление. Скорее нарушение, влекущее за собой штраф. Ну и разрешение придется выписывать. Если бы у Петра был какой иной пистолет, а не состоящий на вооружении армии, то никаких проблем, а так отчего-то существовали ограничения. Впрочем, на карабины и винтовки Мосина никто не обращает внимания, хотя формально на них тоже нужно иметь разрешение.
Еще в ходе допроса выяснилось, что урядник не ошибся, опознав убиенных на месте по ориентировке и наколкам. С одной стороны, он получил подтверждение, подняв эту самую ориентировку. С другой — всплыл номер похищенной винтовки, который в точности соответствовал той, что взял с убитых Петр.
— Пастухов, ты что тут делаешь? Да еще и при оружии.
— Здравствуйте, ваше высокоблагородие, — поздоровался Петр с Кравцовым, столкнувшись с ним в коридоре. — Да вот оказия со мной вышла.
— Погоди-погоди. А это не ты двоих каторжан в лесу положил?
— Было дело.
— Ха. А ты, я гляжу, мужик не промах. А ну-ка зайди ко мне.
Вообще-то Петру это приключение было уже поперек горла. А относительно всякого рода отделений и управлений полиции имелось некое предубеждение. Так что хотелось убраться отсюда, и как можно скорее. Однако не дело пренебрегать общением с человеком, который хорошо к тебе относится. Поэтому он тут же выполнил просьбу с деланым энтузиазмом.
— Петр, мне тут сорока на хвосте принесла, что у тебя с неделю назад одна неприятность случилась.
— Да какая неприятность. Так, поспорили немного. А вы-то откуда знаете?
— Знакомый из уголовного сыска сказал, что ему об этом агент нашептал. Мы с ним приятели, поэтому он в числе немногих, кто знает, кому я обязан жизнью. Как услышал, решил меня просветить.
Угу. А их высокоблагородие вовсе не стал спешить предупреждать своего спасителя. Хотя, с другой стороны, не бросаться же ему на поиски Пастухова. Они не друзья и не приятели. Случай свел. Причем он если и не знает, то догадывается о том, что собирался той ночью сделать Петр. Вот подвернулась ситуация, завел в кабинет, беседует. А ведь и дворянин, и чин у него не такой уж и малый.
Опять же, ну поссорились и поссорились, ничего особенного не произошло. Ну набил рабочий морду купчишке. По большому счету дело житейское, мировой суд и штраф. Вот если бы это был дворянин или государственный чин, тогда вопрос другой.
— И что с того? Купчишка подал жалобу мировому судье? — поинтересовался Петр.
— Ну, в твоем случае лучше бы подал. Темная личность этот Заболотный. Так-то против него вроде ничего нет, но слухи нехорошие ходят. И работники у него те еще «ангелы».