У девушки-целительницы обнаружили любовное зелье. Исключение с факультета и перевод в прачки.
Он свирепствовал. Искал любой след, любую зацепку, но находил лишь мелкие грешки перепуганных подростков. И от этого его ярость только росла.
Очередь дошла до группы «Омега».
Парни стояли особняком, мрачные и напряженные. Даже их обычная бравада испарилась под тяжелым взглядом дракона.
— Ладвиг, — Рейнар подошел к ледяному магу. — Карманы.
Фон Сновер, стиснув зубы, выложил содержимое. Изящный портсигар, платок с монограммой, какой-то кристалл.
— Незарегистрированный накопитель, — констатировал ректор, беря кристалл в руки. — Решил усилить резерв в обход правил?
— Это семейная реликвия, милорд, — процедил Ладвиг, бледнея.
Хруст. Кристалл превратился в пыль в пальцах Дракса.
— Был реликвией. Десять нарядов вне очереди на чистку загонов для химер. Следующий.
Керриан попытался улыбнуться, но вышло криво.
— У меня ничего нет, шеф. Я чист, как слеза младенца.
Рейнар просто провел рукой вдоль его тела. Карманы мага вспыхнули, и на пол посыпались какие-то порошки и самокрутки.
— «Дыхание саламандры»? — брезгливо спросил ректор. — В моей академии? Месяц, Таффолд. Будешь драить котлы в лаборатории Весперы.
Мне хотелось провалиться сквозь под землю. Он наказывал моих друзей. Тех единственных, кто заступился за меня. И делал это с особой жестокостью, словно показывая: никто не защищен. Даже его «любимчики».
Эдриан стоял последним и выглядел пугающе спокойным. Его лицо выражало лишь легкую скуку и покорность. Он сам вывернул карманы — пусто. Ничего, за что можно зацепиться.
Дракс нахмурился.
— Свободен, — бросил он, уже разворачиваясь ко мне.
Я выдохнула, радуясь, что Эдриан легко отделался. Но тут взгляд ректора зацепился за что-то на моей шее.
Во время суматохи и проверки, ворот моего платья немного съехал, и серебряная цепочка, подаренная Эдрианом, блеснула в свете магических огней.
Рейнар замер. Он шагнул ко мне так быстро, что я не успела даже моргнуть. Его рука взметнулась к моему горлу.
— А это что? — прорычал он.
Его пальцы, горячие и жесткие, подцепили цепочку, вытягивая кулон на свет. Черный камень в оправе из змей закачался перед его глазами.
Лицо ректора изменилось. Если до этого он был просто зол, то теперь в его глазах вспыхнуло узнавание, смешанное с какой-то дикой, первобытной ревностью.
— Артефакт отвода глаз? — прошипел он. — Маскировка ауры? Кто дал тебе это?
Сжав губы, я попыталась перехватить кулон, но Рейнар держал крепко.