Там в это время все было плохо. Руководство Гилянской Республики опасалось усиления коммунистического влияния. Там разразилась гражданская война, чем воспользовался Пехлеви. Вскоре социалистическая республика перестала существовать.
Ну, а шах занялся реформами. По западному образцу. Пригласил в страну иностранных инвесторов. В том числе, и производителей газировки. Я показал пустую бутылочку.
— Хм, интересно, — Толстолобиков взглянул на меня. — Только откуда ты все это знаешь?
Хороший вопрос. Не скажу же я, что изучал историю Ирана в прошлой жизни. Довелось по работе. Поэтому я улыбнулся в ответ.
— Я всегда стараюсь узнать побольше о том месте, где буду выступать. Это помогает настроиться на соревнования.
Время раннее. Я уже сделал пробежку по парку рядом с гостиницей.
Хотя тут же получил въедливое замечание от куратора нашей сборной. Приставленного от органов госбезопасности. Мол, нечего выходить за пределы гостиницы. Без особой надобности.
— А у меня одна небольшая потребность, — ответил я. — Всего-навсего надо чемпионат мира выиграть. И для этого тренировать выносливость.
Куратор, подтянутый мужчина лет тридцати пяти, ничего не сказал. Но внимательно посмотрел на меня. Наверняка запомнил.
Ладно, плевать. Потом с ним разберемся. Сейчас главное настроиться на схватки.
Отрешиться от всего. Забыть о всех отвлекающих проблемах. Потом, на соревнованиях работать спокойно и без суеты.
Это самое главное. Поэтому сейчас, до завтрака, я хотел помедитировать.
Толстолобиков путался под ногами. Когда я уселся в позу лотоса, уставился на меня. Как на чудо. Подошел, спросил, что это. Думал, какой-то новый прием самбо.
— Вот чудак, — ответил я. — Ты что, не слышал про йогов?
Дима покачал головой.
— Тогда уйди, — попросил я. — Потом расскажу. Мне надо сконцентрироваться.
Дима отошел. Затих, в кресле. Я погрузился в самосозерцание. Сначала мешали посторонние мысли. Присутствие в комнате другого человека.
А потом я завис. Перезагрузился. На полчаса выпал из реальности. Очнулся, когда Дима потряс меня за плечо. Осторожно так.
— Пошли завтракать, Витя.
Я вскочил. Потянулся, разминая затекшие мышцы. Разгоняя кровь по жилам.
Мы отправились на завтрак. Я предпочитаю много не загружать желудок. Слегка перекусить.
Как я заметил, другие тоже не напрягались. Хотя нет, Звеньев позавтракал от души. Аж за ушами трещало.
Даже Степаныч сделал ему замечание. Мол, потом еще нажрешься. После соревнований.
По времени там должно пройти недолго. Можно весь турнир за день провести. Ну, максимум за два.
Но их растянули на неделю. А то и больше. Мы сегодня выступать будем всего часик.