Ленинград. 1971 год, январь.
Степа сидел в полутемном подвале, служившем штабом его небольшой, но грозной банды. Звон стаканов и хриплый смех его подельников — Кольки и Сереги — эхом отражался от бетонных стен.
— Ну что, братва, как пойдем? Через двор или огородами? — Степа склонился над самодельным планом ювелирного магазина.
Колька хмыкнул:
— А чего мудрить? Давай как всегда — напролом!
Степа покачал головой:
— Нет, на этот раз все серьезно. Мусора уже неделю вокруг магазина крутятся. Чую, ждут нас.
Он откинулся на спинку стула, прикрыв глаза. За последние годы Степа превратился в настоящего хищника — худощавого, жилистого, с цепким взглядом серых глаз. Кличка Нос. Его банда держала в страхе весь район. Местная милиция не могла его отыскать.
— Значит так, — Степа хлопнул ладонью по столу. — Мы с Серегой идем на дело. Колька страхует и отвлекает мусоров. Встречаемся у Жабы на хате. Ясно?
Парни молча кивнули. Они знали — слово Носа закон. И этот закон был единственным, которому они подчинялись.
Москва, 1971 год, август
Звонок в дверь застал Носа врасплох. Он осторожно подошел, держа руку на рукоятке ножа.
— Кто?
— Степа, это я, Саша. Твой двоюродный брат, — послышался неуверенный голос.
Нос удивленно приоткрыл дверь. На пороге стоял парень лет двадцати пяти, нервно теребивший кепку.
— Че надо? — буркнул Степа, впуская нежданного гостя.
Сашка, запинаясь, изложил свою просьбу. Его девушка Даша… С ней проблемы. Вернее, не с ней самой.
У нее есть брат, Тоже Витя. Самбист, кандидат в мастера спорта. Он против их отношений, угрожает Саше.
— Витя, помоги. Припугни его, а? Он же спортсмен, я с ним не справлюсь.
Степа усмехнулся:
— А с чего ты взял, что я буду марать руки ради тебя?
Михаил сглотнул:
— Я… я заплачу! У меня есть три сотни рублей!
— Деньги? Три сотни? — Степа рассмеялся. — Я зашибаю больше. Зачем мне это? Нет, братишка, так дела не делаются.
Он подошел к окну, закурил.
— Значит так. У тебя ведь кореш пашет на заводе, верно? У него есть доступ к складу?
Саша молча кивнул.
— Хорошо. Мне нужен доступ к складу. Раз в месяц будешь пускать моих ребят. Они сами знают, что брать. Уговор?
Саша побледнел:
— Но это же… воровство. Меня посадят!
Степа пожал плечами:
— Тебе решать. Или так, или разбирайся со своим самбистом сам.
Повисла тяжелая пауза. Наконец, Саша едва слышно прошептал:
— Хорошо. Я согласен.
— Вот и славно, — Степа похлопал его по плечу. — Не дрейфь, братишка. Считай, что твоя проблема уже решена.
Когда за Сашей закрылась дверь, Степа довольно ухмыльнулся. Отлично получилось, он давно подбирался к заводу. С самбистом они разберутся. В конце концов, против лома нет приема.