— Величковский?
Профессор оторвался от расчетов:
— Техническое задание для Ижорского завода готово. Формула стали отработана, технология закалки описана. Курьер отправляется первым поездом завтра утром.
Я окинул взглядом команду. Усталые, но горящие энтузиазмом глаза, измазанные чернилами руки, растрепанные волосы. Настоящие творцы, посвятившие себя важнейшему делу.
— Товарищи, — произнес я с неожиданным для самого себя волнением. — То, что мы делаем сейчас, имеет колоссальное значение для будущего страны. Танк Т-30 может стать решающим фактором в грядущих испытаниях. Я благодарен каждому из вас за самоотверженный труд и уверен, что вместе мы преодолеем все трудности.
В следующие дни работа кипела непрерывно. Цеха не останавливались круглосуточно, инженеры спали по очереди прямо в конструкторском бюро, курьеры метались между Нижним Новгородом, Москвой, Ленинградом и Сталинградом.
Через неделю напряженной работы мы подготовились к сборке модифицированного прототипа. Новые цилиндры с повышенным содержанием хрома прибыли с Сталинградского завода, улучшенная трансмиссия с шестернями особого профиля и новыми подшипниками была изготовлена в заводских мастерских, первые образцы двухслойной брони доставили с Ижорского завода.
Сборка заняла еще три дня. И наконец, настал момент испытаний.
Заводской полигон представлял собой обширную территорию с различными препятствиями, рвами, буграми, болотистыми участками, лесными завалами. В центре располагалась площадка для стрельбищ с мишенями на разном удалении.
Модифицированный Т-30 выглядел по-прежнему несколько угловато, но в его силуэте уже угадывались характерные черты будущего Т-34. Наклонная лобовая броня, приземистый корпус, компактная башня с мощным орудием.
— Готовы? — спросил я у собравшихся инженеров и техников.
— Как никогда, — ответил Звонарев, с волнением глядя на танк.
Испытания начались с проверки ходовых качеств. Опытный водитель-испытатель завел двигатель, и характерный рокот дизеля разнесся по полигону. Машина плавно тронулась с места, набирая скорость.
Мы с напряжением следили за каждым маневром. Танк преодолевал рвы, поднимался на крутые склоны, проходил через болотистые участки.
Особое внимание уделялось поворотам. Именно на них раньше выходила из строя трансмиссия.
Через час интенсивных испытаний танк вернулся к стартовой площадке. Техники немедленно открыли люки моторного отделения и трансмиссии, проверяя состояние деталей.
— Двигатель работает стабильно, температура в норме! — доложил Циркулев, сверяясь с показаниями приборов. — Тяга увеличилась примерно на пятнадцать-двадцать процентов.