— Какой двигатель планируете использовать? — спросил я.
— Модифицированный В-2, тот же, что на Т-30, — ответил Звонарев. — Но с пониженной степенью форсировки для увеличения ресурса. Унификация с танковым мотором упростит производство и обслуживание.
— Превосходно, — я внимательно изучил чертеж. — Начинайте проектирование немедленно. Приоритет этой машине наивысший. Без надежных тягачей мы не сможем обеспечить мобильность танковых соединений при перегруппировке и ремонте.
Звонарев просиял от похвалы и с удвоенной энергией принялся объяснять технические детали проекта. Его руки, испачканные чернилами, летали над чертежом, указывая на отдельные узлы и механизмы.
— Я предлагаю нестандартное решение для трансмиссии, — говорил он. — Вместо обычной ступенчатой коробки передач использовать планетарный механизм с гидроусилителем. Это значительно облегчит управление при маневрировании с тяжелым грузом.
В этот момент дверь конструкторского бюро распахнулась, и в комнату вошел еще Филатов, представитель наркомата обороны. Его строгий мундир и подтянутая фигура резко контрастировали с помятыми пиджаками и косоворотками инженеров.
— Товарищи, прошу прощения за опоздание, — он коротко козырнул. — Задержался на совещании в штабе округа. Леонид Иванович, у меня для вас важные новости. Товарищ Ворошилов лично одобрил программу развития бронетанковых войск на основе Т-30. С согласия товарища Сталина, разумеется. Нам выделены дополнительные ресурсы и полигоны для испытаний.
По комнате пронесся взволнованный шепот. Сталинская поддержка проекта означала зеленый свет для всех наших начинаний. Я молчал. Потому что знал об этом. Для меня это не новость.
— Более того, — продолжил Филатов, — к нам направляются представители артиллерийского управления. Они проявили интерес к вашей идее реактивной системы залпового огня.
Я кивнул, ощущая растущее воодушевление. Если удастся в ближайшее время разработать прототип «Катюши», это станет настоящим прорывом в артиллерийском деле.
— Товарищи, — обратился я к инженерам, — нам предстоит колоссальная работа. Мы создаем не просто отдельные машины, а целую систему вооружений, которая на десятилетия определит облик Красной Армии. В наших руках будущее страны.
Загорская энергично кивнула:
— Леонид Иванович, мы готовы работать круглосуточно. Не подведем!
— Отлично. Тогда распределим обязанности. Варвара Никитична, вы возглавляете группу по разработке самоходной установки. Руднев и Дымченко — ваш проект бронетранспортера. Звонарев руководит созданием тягача. Циркулев курирует вопросы унификации узлов и агрегатов между всеми машинами.