— Да⁈ — неприятно удивилась Мария, — а я думала…
Она замолчала, как-то надувшись и изредка бросая косые взгляды на князя.
— Мария нам рассказывала, что вы весь вечер издевались над заключенным и заодно над ней, — пришла ей на помощь мама Александра Федоровна, — очень оказалась недовольна. И по вашим словам, оказалось зря.
А Николай I по-отцовски добавил:
— Может, ты, Константин Николаевич, расскажешь свой вариант прошедшего вечера? Дедуктивный талант не все имеют.
— Фу, — окончательно обиделась теперь уже на родственников Мария. Князь ее понимал. Жандармы, то есть он, если честно говорить в ее представлении буквально издевался во время допроса, слава богу, больше не над ней, а тут родной отец посмеивается над дочерью в его кабинете, можно сказать в родных стенах. Он бы тоже был в тяжелых чувствах. Однако хватит уже, милая, надрываться над несуществующими издевками. Никто над тобой не изымается, наоборот, только все только любят и лелеют, моя прелесть!
— Ваше императорское величество, все проявившиеся здесь негативные чувства оказались из-за неправильного понимания вашей дочерью Марии Николаевны ситуации, — пояснил князь, смотря на нее и взглядом обозначая предостережение — будешь выкаблучиваться — все расскажу прямо перед твоими родственниками.
Не помогло. Не телепат он, не может мысленно передавать мысли, хоть и современник двух веков.
— Как это? — окрысилась Мария и на него, и на отца, и даже на брата с мамой, которые просто сидели рядом с ними и ни с ем не разговаривали.
— Вы понимаете, Мария Николаевна, — заговорил он с ней вежливо, на вы, как с чужой, — люди вообще-то обычно в целом хорошие, симпатичные, и им стоит верить и ждать добра. Однако в тюрьме обычно собирается худшая часть, которая всех людей в погонах (а вы вчера находились с ними) видит только в качестве врагов. И соврать им ничего не стоит. А то и навредить. Что, собственно, мы и видели.
Вот, например, тот же Алексей Прохоров, из-за которого давеча вы на меня серьезно обиделись. Как вы его трогательно слушали! Как переживали! Вы хоть знаете, что у него совсем нет семьи, и, естественно, никогда не было законных детей?
— Да-с? — вопросительно спросила, не поверив Маша. Дальше она не успела.
— Простите, Константин Николаевич, — вмешался император Николай I, — мне вчера граф Александр Христофорович по моей просьбе принес некоторые бумаги по своей службе. Прохоров Алексей там значится женатым, я специально смотрел. Как вы на это посмотрите?
— Ваше величество! — разъяснил князь, — во время создания жандармерии, когда было очень много работы, сведения у неответственных сотрудников разрешали брать только на основе письменных сведений, без документов. И с того периода, как правило, не проверяли.