Младшая жена, Анникке, была полной противоположностью Хелены. Невысокая, пухленькая девушка с огромными карими глазами словно являлась воплощением уюта и домашнего тепла. Брак, устроенный не по династическим соображениям, а лишь по велению сердца, оказался удачным. Далекая от политических интриг, девушка беззаветно была влюблена в своего мужа. Плод этой любви вот уже четвёртый месяц как зрел в её чреве. По уверениям многочисленных лекарей, как родовых, так и приглашенных со стороны, Анникке предстояло родить крепкого, здорового мальчика, наследника, на появление которого Торвигг уже перестал и надеяться. Которому, к тому же, архимаги рода Торвиггов предсказывали владение сильным даром… Хотя, вглядываясь в линию судьбы ещё не рождённого ребенка, предсказатель невнятно что-то бормотал о странной судьбе, о соединении невозможных в принципе вероятностей, о великих свершениях и столь же великих разочарованиях в жизни отпрыска…Отринув неясное, князь вслушивался в то, что было ему близко и понятно: сыну предстоит быть правителем, властной рукой вершить судьбы подданных. А разочарования… Ну что ж, кто их не испытывал? Трудности только закаляют характер, выковывают истинную силу духа.
— Анникке, душа моя… Тебе предстоит нелегкая задача.
Девушка испуганно сжалась, с тревогой вглядываясь в уставшее, измученное лицо мужа.
— Лошади оседланы, необходимые вещи и провиант собраны. С тобой отправятся мои самые надежные люди. Сейчас, не теряя драгоценного времени, ты должна отправляться в путь.
Анникке протестующе всхлипнула и бросилась к Эмилю, жарко его обнимая, лепеча невнятные просьбы не прогонять её, позволить остаться рядом.
— Ты не думай, я сильная, я смогу…Пожалуйста, позволь… Я без тебя… Как⁈…
Князь ласково гладил непослушные темные локоны, успокаивая жену. Выждав момента, когда громкие рыдания перешли в тихий, режущий сердце плач, он прошептал ей:
— О да, ты сильная, любовь моя… Именно поэтому я доверяю тебе самое дорогое.
Он медленно стянул с пальца перстень, украшенный кровавым рубином. Из глубины драгоценного камня проявлялся золотой лев, символ рода, угрожающе взмахивая серебряным мечом. Оказавшись на миниатюрном пальчике Анникке, перстень превратился в неприметное серебряное колечко…Увидев расширившиеся от неожиданности глаза девушки, Торвигг печально усмехнулся.
— Сохрани это кольцо для нашего сына, Анникке. Когда придет время, вручи ему этот артефакт. И он признает кровь древнего рода, раскроет ему свои свойства. А сейчас — пора прощаться…
Горячо прильнув к мягким губам жены, князь резко отстранился и махнул рукой стоявшему неподалёку воину. Понимающе кивнув, он подхватил под руку оцепеневшую девушку и увлёк её к выходу из зала.