— Так что? Ты идешь плавать?
— Нет, я, пожалуй, подожду вас на берегу.
Я старалась сделать вид, что ничего необычного не происходит. На самом деле мы с Ари и Дари частенько плавали в пруду при пансионе. И одежды на нас не было вовсе. Но чтобы раздеться вот так просто перед мужчиной…
Клеа с шумом плюхнулась в воду. Она нырнула, и на поверхности мелькнули ее голые пятки. Эдмунд перевернулся и поплыл к дальнему краю озера. Клеа не показывалась. Я даже начала волноваться. Но она вынырнула, фыркая и отплевываясь, и быстро нагнала Эдмунда. Они начали брызгаться и смеяться, как малые дети.
Наконец-то вылезли на берег. Оба замерзли и едва не стучали зубами. Эдмунд выглядел еще бледнее. Теперь его кожа приобрела синеватый оттенок и покрылась мурашками. Маг принялся растирать себя рубашкой.
— Д-д-давненько не плавали, а, Клеа?
Принцесса прыгала на одной ноге, стараясь избавиться от воды в ухе.
— Да, Эдмунд, ты бледный, как привидение. Слишком много времени проводишь за чарами, — уколола она его.
Маг улыбнулся и подставил лицо солнцу.
— Это точно, — откликнулся он.
Я уселась рядом.
— Пожалуйста, Эдмунд, расскажите, как вы это сделали? Как показали нам дракона? И что произошло потом? Его убили?
Клеа сходила в охотничий павильон и принесла плед, на котором мы все уютно устроились. Сама же принцесса растянулась на животе и болтала ногой.
Эдмунд сощурился, точно кот.
— Ну… Тут все дело в магических колебаниях. Я нашел одну забавную закономерность. Если посылать заклинание по дуге Эльвира, оно оставляет отражение в зеркальной перспективе. — Маг осекся и посмотрел на меня с сомнением. — Это высшая магия, — извиняющимся тоном добавил он. — Вряд ли вы понимаете, о чем я. Но если объяснять просто, то этот фокус возможен п-при удачном совпадении нескольких факторов. Во-первых, — маг воздел палец вверх, — правильное место. Вы же учили географию, дамы?
Клеа фыркнула:
— Еще бы! Я собиралась отправиться на земли Темных и возглавить собственную армию, и моя учительница сказала, что для этого нужно хорошо знать географию. Эх, каким же я была ребенком. Но про разломы, смешения и параллели я все выучила твердо.
Она рассмеялась.
— Ну а вы, Магда? — спросил Эдмунд.
— Конечно. Изначально свет и тьма существовали в своих параллелях и не смешивались. Мы даже не подозревали о существовании другой стороны, — я отвечала, словно на уроке. — Но потом тьма слишком приблизилась к свету, и произошел первый прорыв. Темные вышли на свет, и… им здесь понравилось. Они решили захватить наши земли.
— Еще непонятно, кто первый чего решил. Уверен, они рассказывают, что первыми на их территории вторглись мы.