И колдовство подействовало. В котелке плескалась густая рубиновая жидкость, напоминающая кровь. А какой аромат наполнил комнату! В нем было все, что я люблю. Запах свежего хлеба, скошенной травы, глаженых простыней и шиповника, нагретой на солнце шерсти кошки… Мне хотелось вдыхать и вдыхать его. Да я готова была выпить окружающий воздух до дна!
Эдмунд достал маленький хрустальный флакон и наполнил его напитком. Жидкость немедленно стала прозрачной.
— Выглядит как вода, — сказала я.
— А еще не имеет выраженного запаха и вкуса.
Флакон поблескивал на ладони мага, но стоило мне потянуться, как он убрал руку.
— Магда, ты же знаешь, что применение такой магии строго запрещено? Если тебя поймают, нас обоих ждут крупные неприятности. Могут даже посадить в темницу.
— Да, понимаю.
— И я никогда не готовил ничего подобного. И юная дева просто не могла быть у меня в покоях в столь поздний час?
Он говорил очень выразительно, так что его намек был предельно понятен.
— Да, — подтвердила я, — разумеется.
Флакон перекочевал в мою руку.
Больше мне здесь делать было нечего, но я медлила. Где-то в парке предавался пьянству, а может, и чему похуже, Силан Дрейн. Стоило представить, что придется в одиночестве бежать сквозь ночь к павильону, как желудок скручивала судорога.
— Эдмунд, — тихо попросила я, — вы можете меня проводить?
Маг накинул камзол и надел сапоги.
— Запахни плащ поплотнее, Магда, и надень капюшон. Ни к чему, чтобы тебя узнали в такой час.
Где они? Я точно положила письма под подушку, но теперь их там не было. Кровать напоминала разоренное воронье гнездо. Простыня смята, матрас сдвинут, одеяло комком валяется на полу.
Я оглядела комнату. Повинуясь порыву напрасной надежды, перерыла свой сундук, комод, заглянула в зеркальный коридор. Письма исчезли. Но это еще не все. Пропала «красная книга».
Леди Алисана? Нет, не верится. Зачем ей это? Но тогда… Силан?
Я села и обхватила голову руками. Нет. Будь это Силан, он бы метался здесь и крушил все вокруг. Я ругала себя всеми последними словами, которые знала. Идиотка. Нельзя быть столь беспечной и оставлять письма. Знать бы еще их содержание…
Ну почему этот таинственный маг забрасывал меня посланиями, а не мог просто подойти и объясниться. Трус!
Я тихонечко застонала от злости и досады.
— Магда! — Дари аккуратно поскреблась снаружи. — Магда, открой.
— Не сейчас, Дари! — крикнула я. — Я не одета.
— Ну и пожалуйста, — раздался недовольный ответ. — Странная ты.
Мне хотелось сказать: «Прости, Дари, ты права. С этим балом я сама не своя».
Снова раздался стук.