— Длинноухий попался, — Эсика утром принесла попавшегося в силки зайца.
Андрей обрадовался: судя по всему, они достигли границ бесплодных земель.
В котле варился невезучий заяц; Имела, ожидавшая пока мясо сварится, в нетерпении зачерпнула чашей бульона и теперь дула на пальцы — обожглась. А Андрей все думал над тем, где он совершил ошибку, раз остался один со своей женщиной, а не вместе с людьми Долгой дороги. Может изначально не стоило пересаживаться на морские плоты и пересекать Средиземноморье, а двигаться пешеходным путем через всю Европу, великую степь и обойти это лежащее за горами море по его северной границе? Но все же было хорошо. Может и прав Энку — везение покинуло его. И судя по всему, для неандертальцев везение такая же черта человека, как цвет волос, глаз или кожи.
— Длинноухий очень жирный, отъелся где-то, — Эсика грызла заднюю ножку.
— Здесь нет для него еды, он пришел откуда-то. Пойдем завтра дальше на восход.
Кажется, он нашел место, откуда прискакал длинноухий. Горы еще больше снизились. Как выбитый зуб во рту, в сплошной стене появилось ущелье с широкой долиной, из которой вытекала полноводная река.
Два восхода солнца провели они у входа в ущелье, а Андрей все раздумывал над дальнейшей дорогой. Идти дальше на восток по узкой полосе между горами и пустыней, или же попробовать пересечь хребет? Заяц, которого поймала Эсика, наверняка обитал в долине дальше этого ущелья, или же, вообще, прискакал с другой стороны хребта. Имела, вместо того, чтобы ловить рыбку, со скуки соорудила очередную пирамиду высотой в свой рост. Нет этими камнями реку перекрыть, да рыбу на вечер половить. Эсика, как ни странно, ей не мешала бездельничать, совсем расслабилась после того, как они покинули семью Гррх. И наконец он решился, о чем и сообщил своей женщине:
— Мы попробуем пересечь горы по этому ущелью.
— Эссу лучше знает, ты всегда был везучий.
— Не все так считают. В семье Гррх думают, что везение покинуло меня, — Андрей ухмыльнулся.
Торопиться некуда. Как-то, через несколько дней сделали привал и провалялись целый день на небольшой красивой поляне под нависшей скалой, с которой начинался затяжной подъем. Набирались сил.
Подняться на хребет оказалось легче, чем спуститься. Эсика едва не покатилась прямо вместе с санями по склону, где рядами росли пучки грубой травы, образуя террасы. Хорошо, за камень зацепились. А теперь совсем непонятно: у подножья следующей горы начиналась речка, которая текла на север по узкому ущелью, и идти нужно прямо по холодной воде.
Андрей расчистил русло речки от упавших сверху деревьев — иначе не пройти. Нижние успели подсушиться, а те, которые сверху, совсем свежие. Тяжело пришлось — деревья успели сплестись ветвями. Хорошо у него с собой был бронзовый топор, иначе пришлось бы оставить сани. Километров пять прошли за день, если не больше. Речка нырнула в боковой каньон, и Андрей решил не искушать судьбу — вдруг опять его деревьями и камнями завалило. И поэтому он поднялся по склону.