— То есть, раньше у мальчика с речью было всё в порядке? — я все бумаги в сторону убрала и полностью вслух обратилась.
— Ещё как в порядке, без устали болтал, порой аж голова трещала от его болтовни, — вымученно господин Нест улыбнулся.
А у меня шальная мысль закралась: неужто родительское проклятие мальчонка схлопотал? Достал своей болтовнёй, попал под горячую руку отца, тот в сердцах и пожелал, чтобы сынок хоть намного замолчал, а теперь раскаивается?
— Что целители, лекари говорят? — не стала я своё предположение озвучивать, сперва ситуацию прояснить требуется, а уж потом обвинениями разбрасываться. — Были ведь у них?
— Как не быть! У всех, кто в Цветене практику ведёт, побывали, да ещё по ближайшим сёлам проехались, где хоть про какого-то знахаря вести были, или мага хоть с каплей силы, никто помочь не смог, не видят причины, почему Соэр ни звука не издаёт. В него столько отваров и зелий влили, столько заклинаний прочли и обрядов провели, но всё без толку.
А вот это уже интересно.
— Да, вы присаживайтесь, не стойте, уважаемые, — любезно им с удобствами расположиться предложила, а сама к себе мальчонку поманила, тот помедлил немного и нехотя в мою сторону направился, не без помощи материнской руки, которая ему нужного ускорения придала. — Лина, дорогая, будь любезна чаю нам, и выпечки свежей, — крикнула я, зная, что лисичка и услышит, и в помощи не откажет.
А сама в Соэра вглядываться начала, в поисках того, что мальчика возможности говорить, а едва увидела, с трудом доброжелательное выражение на лице сохранила, потому как шею мальчика плотные обручи проклятия «Безмолвие» перехватывали… проклятие это древним было, с тех же времён, что и «Неукротимая ярость», и очень уж его в то время любили, особенно наёмнические гильдии, да заговорщики всех мастей, потому что работать с ним удобно было — в это проклятие ограничения разные легко вплетались на запрет об упоминание чего-то конкретного… и как только проклятый хотел рассказать о чём-то запрещённом, так сразу возможности любые звуки воспроизводить лишался, так о предателях в своих рядах заговорщики и тайные секты узнавали.
Но какую тайну Соэр мог рассказать, что такое проклятие схлопотал?
Ободряющее мальчику улыбнулась:
— Иди пока к маме.
— Сможете нам помочь, госпожа? — без особой надежды госпожа Нест спросила.
— Вполне, проклятие, наложенное на вашего сына, как раз в рамках моей практике, так что помочь смогу, — не стала томить вымотавшихся тревогами родителей дольше необходимого, лишь умолчала, что для снятия этого проклятия к магии крови обратиться придётся, но для них это было совершенно лишняя информация. — Подпишем стандартный договор на оказание магических услуг по снятию тёмного воздействия со стандартной оплатой в десять золотых и вернём вашему сыну звонкий голос и неуёмный интерес к жизни.