— В вашей власти, Черный Ферзь! Благодарю Вас за предоставленных рабочих и запас продуктов на долгие смены. Мы трудимся изо всех сил, четыре смены не застывают ни на минуту. Все ресурсы будут вложены в наше общее дело, а чего не хватает лучшие летчики отыщут в космосе и доставят сюда, дабы воплотить общую мечту. Станция в плачевном состоянии, нам потребуется очень много времени и сил, но поверьте в нас, мой Ферзь, мы не пожалеем и крупицы сил на это. Однако даже так, уйдут месяцы на восстановление заводов и боевой оснастки станции и это мы не в силах преодолеть своими силами. Но это наш долг, и мы помним наставления предков, а потому мы не остановимся и впредь. Поверьте, мне, наш боевой дух на высочайшем уровне, Вы вселили в наши сердца надежду. Однако, для ускорения работ нам требуются руки и, через четыре дня, нам потребуются ресурсы, которые невозможно найти в этой системе. Мы будем вынуждены закупать оборудование на стороне потенциального врага.
— Внимание! Вы получили двадцать четвертое дополнительное задание! Суть задания: Заработайте один миллион кредитов за четыре дня. Награда за выполнение — отсутствует. Штраф за невыполнение — провал главной миссии.
Я лишь устало прикрыл веки. Миллион. Я такой цифры даже в групповой казне не видел, а лишь на табличках аукциона. И куда мне такие квесты? Чалец, видимо заметил перемены моей физиономии, а потому быстро добавил:
— Я понимаю, что требования у нас непомерные, и все прибывшие на станцию готовы отдать свои средства для великой цели не задумываясь. Но даже такими сборами, мы смогли собрать лишь сто двадцать четыре тысячи, но этого мало…
— Я это ценю, — пересохшим в миг горлом ответил я, отпуская руководителя восстановительной бригады и нервно сглотнул. Мне надо найти всего восемьсот семьдесят шесть тысяч кредитов. За четыре дня. А задача эта нетривиальная…
Примерно полчаса спустя я, по пояс раздетый, стоял перед зеркалом после быстрого душа и просто растерянно смотрел на свое отражение. Серое лицо, бледные щеки, темные круги под глазами испещренные темными полосками, идущими от глаз, опущенные уголки губ и взгляд злой побитой собаки. Неприятная физиономия, что ни говори. И кто же я теперь? Во что превращаюсь? Где мой изначальный аватар? Неужели все что со мной происходит так сильно меня меняет?
— Что нам делать, Ферзь? — почти беззвучно спрашиваю я у отражения.
Отражение моргнуло, устало так, но сам факт меня удивил — невозможно увидеть свое собственное моргание в зеркале. Я ждал ответа, хоть это и было глупостью.