— Этот супруг? — он ехидно растягивает слова, наслаждаясь своей властью, и театрально отступает в сторону.
Мир рушится окончательно. На полу, в луже грязной воды и крови, связанный, лежит Джодэк. Его лицо — маска из синяков и ссадин, один глаз полностью заплыл. Грудь судорожно вздымается, пытаясь поймать воздух. На моем лице, наверное, написан такой беспомощный ужас, что Кьяри довольно вздрагивает плечами, издавая мерзкое хихиканье.
И часть лачуги, взрывается В громилу рядом врезается раскаленный огненный шар, выпущенный Джодэком в последнем усилии. Воздух наполняется смрадом паленой плоти и диким ревом боли. На чистом, неведомом доселе материнском инстинкте я отползаю к дочери, закрывая своей спиной, ощущая, как ее маленькое тельце дрожит у меня за спиной.
Джодэк! Мой дракон, срывая дымящиеся веревки, с нечеловеческим усилием поднимается на колени. Его единственный зрячий глаз полон одной только ярости и животного желания защитить нас, любой ценой. Он мечет новый шар в Кьяри, но тот лишь презрительно щелкает языком, и водяная сфера, холодная и мерцающая в полумраке, растворяет огонь с шипением. Маг. Высокородный. И он сильнее сейчас. Преступник стягивает с себя капюшон, хотя я и так знаю кто этот больной на голову…
— Ты никогда не был мне ровней, братец! — Кьяри шипит, и в его голосе прорывается давно накопившаяся горечь. — Я истинный наследник нашего отца, хоть и не признанный официально!
Мощный, сконцентрированный поток воды, сбивает Джодэка с ног, бросает его на землю. Его лицо, когда-то, может, и красивое, теперь — маска параноидальной злобы.
— Ты… — хрипит Джодэк, пытаясь подняться, но водяные путы уже сковывают его запястья.
— Я! Всегда я! — кричит Кьяри, с каждым словом пиная лежащего в ребра, в живот, с наслаждением слушая хрипы. — Я — достойный сын! У отца просто не хватило времени признать меня.
Он шагает ко мне, но его речь обращена к Джодэку, это исповедь маньяка:
— Ты тряпка Джодэк, которой бабы вытирают ноги. Сначала кукла- Оцилина, теперь эта! Я узнал о планах отца, поддержал его. Ведь мы с ним так похожи. Я не случайно стал мучителем Эстер. Я доказал отцу, что я его самая близкая кровь из всех. Отец хотел после суда убить девчонку, но она быстро уехала с теткой. Я искал ее, я выполнял поручение отца, пока ты играл в “военного”. А потом узнал от лекаря, что девка на четвертом месяце, а папаша ты — он разражается грубым смехом.
—Отец пожелал доверить воспитание своей внучки мне. И я дождался, когда ты Эстер, расслабишься. Я знаю как нанести удар. Ты оценила? — медленно начиная шагать в мою сторону интересуется он. Я выкрал малышку. Она жила со мной все эти годы! В моем доме. Слушала мои истории. Я был для нее… опекуном.