— А нам не нужно чего-то от тебя ждать, Фридрих Шефер, — осклабился командир, прочитав имя пленника в документах. — Сейчас на твою башку положит руку вот он, — Сашка указал на меня, — и ты станешь таким же болванчиком, как твой приятель. Поверь, ты в таком состоянии сделаешь всё , — он вновь повернул голову в мою сторону. — Эсэсовец нам не нужен. Пусть он всё сделает сам.
— Я понял, — кивнул я Панкратову и сказал заговорённому фрицу. — Выпусти пулю себе в голову.
— Яволь, — повторил он и приставил срез ствола ППД к подбородку. Миг спустя спустил курок.
Эта картина оказалась для оберста слишком сильной. Немец потерял сознание.
— Какой слабонервный, — хмыкнул Панкратов и несколько раз ударил по щекам пленника. — Наши бабы и то покрепче будут.
Обер-лейтенант адъютант полковника оказался духом сильнее. Он сознание не потерял. Но происходящее сказалось и на нём. Я впервые в жизни увидел, как на глазах седеют люди. Буквально за минуту у него появилась крупная белая прядь на виске.
ЭПИЛОГ
До меня не сразу дошло зачем Сашка всё это устроил. Оберст не выглядел тем, с кем стоило устраивать такую кровавую игру и тратить мои силы . Для использования его на станции всё это было лишним. Всё стало понятно намного позже, когда Панкратов предложил гитлеровцу работать на Москву.
— Вариантов у тебя два, Фридрих Шефер, — показал ему два пальца, большой и указательный, командир и кивнул на мёртвого эсэсовца. — Стать вот такой куклой, приехать в Берлин и попытаться грохнуть Гитлера. Получится — прекрасно. Нет — плевать. С другим получится. В любом случае после твоего успеха или неудачи твою семью арестует гестапо, станут пытать и потом казнят. Это первый вариант, — Сашка загнул указательный палец и продемонстрировал слушателю оставшийся большой. — Второй — это работа на нас и нормальная жизнь после того, как мы разобьём Германию и захватим Берлин.
Немец на последних словах Панкратова саркастически усмехнулся и прокомментировал их:
— О каком захвате Берлина вы говорите? Наши войска уже захватили всю Прибалтику, половину Украины с Белоруссией.
— И это всё. Вы встали и не можете двигаться дальше, неся огромные потери. Через месяц начнётся распутица, потом ударят морозы. За это время мы проведём мобилизацию. подтянем резервы, обучим новых солдат, вооружим их новой техникой и оружием. После чего сами пойдём на вас, — спокойно ответил ему Сашка.
Мне пришлось ещё раз использовать подчиняющий заговор. Находящийся под моим полным контролем оберст написал на двух листах бумаги ряд секретных данных вместе с распиской стать тайным агентом НКВД и подписался под всем этим. Когда я с него снял подчинение, то Панкратов предъявил листы. И пленник сломался. Угроза семье — а у него трое сыновей служили в кригсмарине и вермахте, ещё жена занимала высокую должность в торговле Германии — и расписка в совокупности стали соломинкой для спины пресловутого верблюда.