Ну и последний вопрос: какой это мир? Куда я попала⁈
Глядя на детей, рыдающих от полного отчаяния и горя, моё сердце защемило.
Видимо, в свой персональный ад, вот куда я попала.
Иначе почему и в новой жизни я снова оказалась в компании бедных сироток? Ведь у них явно нет родителей, иначе бы они тут не жили.
Подойдя немного деревянной походкой к детям, я присела рядом, обняла их и тихо сказала:
— Ваша я подруга или нет, не бойтесь, я вам помогу. Я сама сирота и выросла в приюте.
Детишки покосились на меня, и немного тише стали рыдать.
Или, возможно, это мой способ отдать какой-то кармический долг, помогая этим сиротам.
У нас с Олей в своё время была чудесный, хоть и строгий директор — Татьяна Максимовна, царствие ей небесное.
И хоть финансирование приюта оставляло желать лучшего, мы не были голодны, всегда были одеты в чистое и всегда были при деле.
«Учись и трудись честно, будь смелой и знай, добрые люди есть в этом мире. Только ты сама определяешь свою судьбу, Лена, — так она часто мне говорила. — Учись, трудись и живи, чтобы не было совестно».
И хоть добрых людей я так и не встретила пока, и материнских ласк я не знала, но человеком, я считаю, выросла достойным.
Я даже думала, когда немного разбогатею, обязательно окажу финансовую поддержку приюту, хоть руководство и сменилось.
Ну что же, значит, помогать буду тут. Может, это всё — испытание перед распределением между адом и раем?
— Так что не бойтесь, я вас не брошу, — продолжила я уверенным голосом. — Заменить я вашу Алиенну, конечно, не смогу, вижу, она была очень важна для вас, но помочь постараюсь. Давайте дружить? Как вас зовут?
— Меня зовут Мэдди, — с дрожащими губами ответила светленькая девочка-подросток с красивыми орехового цвета глазами.
— Молли, — всхлипнула младшая девочка, тоже блондинка, но голубоглазая.
Кареглазый мальчик-брюнет насупленно молчал. Я улыбнулась в ожидании ответа, но он встал и отошёл от нас.
— Это Сайлас, то есть Салли, — ответила за него Мэдди. — И он ни с кем не говорит. Не умеет ещё, похоже.
— Понятно. Меня можете называть Алиенна или Лена, как вам будет удобнее, хорошо? — мягким голосом сказала я и бодро продолжила: — Ничего страшного, что пока ты не говоришь, Салли. Вижу, что ты умный мальчик и возможно, ты просто пока не хочешь, но умеешь. Так ведь?
Мальчик не кивнул, но, кажется, понял. Уже хорошо.
— Только мне надо во всём разобраться сначала, — начала рассуждать я. — Расскажите мне о себе и вашей Алиенне, что это за место, и почему вы боитесь, что вы умрёте? Вам кто-то угрожает?