Золотистая макушка покорно склонилась:
— Как скажешь, моя хорошая. Никогда от нее не было никакого толку, кроме отцовских денег. И вот скажу откровенно, даже Архангельская деревенская Люба была лучше образована, воспитана и с головой больше дружила.
Выпив залпом целую чашку, Альфред криво ухмыльнулся:
— У моей бессмысленной куклы-жены, такое впечатление, что в голове только тряпки, подружки, покупки, фитнес и рестораны.
— Зато, мой хороший, у неё очень состоятельный отец, который мечтает, как его внуки будут носить звучную фамилию. А он, проезжая мимо «Спаса-на-Крови [1] », с гордым видом будет тыкать всем: мол, это его родственник построил, — бабушка привычным утешающим жестом погладила внука по запястью и чуть сжала кисть, успокаивая.
Собиравшийся вновь рыкнуть, Альфред, встряхнул головой, поцеловал сухонькую ручку и выдохнул:
— Я все понимаю, Мими, моя дорогая, но бесит меня эта тупая курица, ты не представляешь как.
Отставив в сторону чайную пару и заварник, Мария Федоровна сжала ладонь внука обеими руками.
— Феденька! Привези её ко мне завтра, я с ней поговорю. И не тревожься так: вот родит Агнесс тебе официального наследника, а там уже придумаем, куда её деть, — старушка улыбнулась, но в глазах её на мгновение блеснуло нечто жуткое: злое и жестокое.
— Хорошо, — поцеловав бабушку в щеку, согласился Альфред, — как скажешь. Утром ее к тебе привезу, а сам поеду в «Герцена». Разведаю, как надавить на Любу, а если не сложится, тогда просто сразу в сад метнусь и заберу пацана.
Когда любимый Феденька попрощался и уехал к себе, Мария Фёдоровна, тяжело вздыхая, поднялась с кресла, добралась до своего рабочего секретера и с трудом извлекла из его недр маленькую резную шкатулку. А когда из потертого деревянного ящичка на свет был извлечен старый массивный перстень вместе с небольшим флаконом, на лице бесценной Мими расцвела полная торжества ухмылка:
— Мой цыплёнок слишком добр. Эта тварь давным-давно должна была сдохнуть.
Мария Фёдоровна раскрыла подложку перстня, протерла внутренности украшения белым платочком с монограммой и накапала в потайное отделение немного прозрачной жидкости из флакона. После этого привела семейную реликвию в прежний вид и состояние.
Убрав пузырёк обратно в шкатулку, а древний ларец — в секретер, милейшая бабушка — божий одуванчик водрузила на указательный палец перстень с секретом и, довольно глядя в старое потускневшее зеркало, добавила:
— И эта бессмысленная кукла его, Агнесс, хоть где-то пригодится.
[1] Храм Воскресения Христова на крови́ (храм Спа́с на крови́) — православный храм-памятник в Санкт-Петербурге, сооружённый на месте, где 1 марта 1881 года в результате покушения был смертельно ранен император Александр II