Да и вообще, в этот раз визит к драгоценной Мими начался с приятных новостей. Устроившись в столовой за чаем, Альфред Александрович улыбнулся своей любимой бабушке очень довольно:
— Представляешь, какая радость. Внезапно эта дрянь в больницу загремела. А тут как раз Ивченко из отпуска явился, да чистку на кафедре своей устроил. Там такой шум поднялся. Вот выйдет эта тварь из клиники, а её отовсюду попёрли. Надо только подсуетиться сейчас, чтобы она меня Борису Павловичу порекомендовала.
Мария Фёдоровна, разливая чай, неодобрительно поджала губы:
— Лучше бы ей оттуда не выходить.
— Ну, никто точно не знает: насколько она туда отправилась, — внук, принимая изящную фарфоровую чашечку, благодарно поцеловал сухую морщинистую щеку. — Предварительно, ходят слухи, что на неделю, может, на две. О том, что там с ней случилось, болтают, естественно, разное. Мне-то она про эндокринолога говорила…
— Нет, милый мой, речь идет о другом. Хорошо бы, чтобы она оттуда никогда не вышла, — Мария Федоровна посмотрела на единственного своего бесценного родственника очень выразительно.
Альфред полыхнул очами, что чрезвычайно редко позволял себе при любимой бабушке:
— О, Мими, так не пойдет. Она должна страдать. Сильно. По-настоящему. Долго! А сейчас она ещё недостаточно заплатила за эти годы, что я вынужден был виться вокруг нее, терпеть все идиотские прогулки и разговоры, стараться быть милым, постоянно ей улыбаться. Нет, моя дорогая, эта чертова дрянь должна сполна заплатить за все наши нервы.
— Я услышала тебя, мой хороший. Черт с ней, с этой ведьмой. Расскажи лучше, как ваши дела с Агнесс? Да и что нового по поводу сам-знаешь-кого?
«Любимый цыплёночек» Марии Фёдоровны поморщился:
— Несса задолбала уже своими положительными заключениями врачей о её полном физическом здоровье. Результата всё равно, как не было, так и нет. Пацана от той деревни я нашел, но она отдавать его не желает. И договариваться тоже. А ещё вьётся там вокруг неё этот проклятый Ноннин ублюдок. Нашел же ее как-то, гад. А дура Люба уши развесила, конечно.
— Феденька, милый, сына твоего надо непременно забирать. Если с этой дурочкой не договориться, то есть же кто-то из авторитетных людей, кого она послушает? — Мими внимательно посмотрела на помрачневшего внука.
— Да, есть там вариант, — хмыкнул Альфред. — Спасибо, дорогая. Завтра съезжу в «Герцена», в библиотеку. Пообщаюсь.
С удовольствием вновь наполнив чаем чашки, Мария Федоровна протянула внуку конфету и улыбнулась:
— Вот ладненько, а мне Агнессу с утра привози. Мы с ней кофейку попьем, поболтаем о женском.